Фантастические рассказы
YulyaGabtulzyanova
- 119 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Люблю малую прозу за краткость, спрессованность действий и выразительность, и рассказ «...И вечно зеленеет» Билли Пронзини из таких.
Основная идея рассказа — нет придуманных сюжетов, все они надиктованы жизнью. И в качестве доказательства автор мастерски представил нам путь перехода жизни в сюжет произведения.
Персонаж рассказа, частный адвокат Саймон Грэхем, через образ которого передаются события, является главным героем и единственным действующим лицом. Он не очень хорошо прописан, о его личности мы ничего не узнаем. Он всего лишь носитель главной темы, и эта тема раскрыта красиво. Пройтись с Грэхемом по «саду» зреющих сюжетов было загадочно и интересно.
Еще одна мысль, которая показалась мне привлекательной: мы все бежим вперед, иногда задаемся вопросом, что нас ждет в будущем. Есть большие любители пообщаться с медиумом или задать соответствующий вопрос гадалке. Рассказ дает исчерпывающий ответ на вопрос, действительно ли необходимо заглядывать вперед, чтобы узнать окончание своего сюжета.
Небольшой (20 электронных страниц) рассказ, короткий отзыв. ))

«Стен практически не было видно: их от пола до потолка скрывали тысячи и тысячи томов, втиснутых в перекосившиеся от непомерной тяжести стеллажи сучковатого некрашеного дерева.»
Пока мы живы, история нашей жизни ещё пишется. И она будет когда-то кем-то написана. Когда? — Этого не знает никто. Пока наша «книга жизни» — в почечном, зачаточном состоянии. Но когда-то она вызреет и родится на свет новая книга. Возможно, это будет роман. А может быть — рассказ, или повесть. Может быть, — поэзия, монография, эссе …
В фантаститческом рассказе итальяно-американского писателя Билла Пронзини в соавторстве с Джеффри Уолменом — «The Evergreen Library»(«Вечнозелёная библиотека») (1970) прослеживается не только идея — о том, что «все сюжеты когда-то написанных и ненаписанных книг уже есть в окружающем мире». На мой взгляд, всё намного глубже.
Основная идея — бессмертие библиотечного дела. Не зря же главным действующим персонажем рассказа выступает грандиозная фантастическая библиотека. Она олицетворяет мир книг, неразрывно связанный с миром людей. Одно без другого быть не может. Посему доколе живо будет человечество будут жить книги. И не важно в каком виде. Скорее всего, — в разнообразном.
Библиотека, библиотечное дело — вечнозелёная субстанция, как и писательство. Писательство, пожалуй, вечно зеленее. Оно развивается гораздо большими темпами, чем библиотечное дело: век человека короток.
Другая, не менее важная идея рассказа, как мне кажется, в том, что жизнь человека и жизнь книги проникают друг в друга, и одно без другого существовать не может. Книги пишутся с помощью людей: их труда, разума, опыта, таланта … Людям книги необходимы для развития и совершенствования: их труда, разума, опыта, таланта … Книга и человек — две стороны одной медали. Скажи, что ты читаешь, и я скажу, кто ты. Разве не так?
«Словно реальность и есть литература, а литература — сама реальность…»
Ну, и капелька мистики. Когда герой рассказа — Саймон Грэхем, адвокат — «законный и полномочный представитель покойного» библиофила — Пруитта Эвергрина осматривал фантастический дворец — вечно зелёную библиотеку он случайно наткнулся на … книгу собственной жизни. Как вы думаете, что за этим последовало?
Пусть наша книга жизни пишется долго. Столько, сколько нам хочется. Не надо торопливо листать её страницы: заглядывать в конец. Страшно … И не наше дело.
А вот ЧТО будет вписано в собственную книгу зависит только от каждого из нас. А, впрочем, пусть всё идёт так, как идёт. Иначе откуда бы брались захватывающие, головокружительные сюжеты для художественных произведений?
… Интересная зарисовка у соавторов рассказа о старых, или даже древних книгах. Они должны считаться книжными раритетами, ценными экземплярами. Отчего же они валяются на полу в пыли? Почему такое к ним пренебрежение, как к мусору? Разве это старьё? Гниль?
«Возможно, в преклонные годы он утратил интерес к библиотеке, попросту позабыв о судьбе сокровищ литературы и истории?»
Уж если библиотека, книги — это жизнь, то жизнь без истории: своих корней, истоков много теряет ...
«Мы вянем быстро — так же, как растем.
Растем в потомках, в новом урожае.
Избыток сил в наследнике твоем
Считай своим, с годами остывая.»
(Уильям Шекспир.)
А может быть, писатели хотели сказать, что история никому не нужна?
А ведь это так и есть. История ничему не учит. Историю никто не учит. Историю принимают к сведению. И то далеко не все. Поэтому человечество и наступает на одни и те же грабли.
****
Хочется закончить тем, с чего начинался рассказ. Старичок — владелец (хранитель) несметного сокровища — фантастически безграничной Вечнозелёной библиотеки вёл затворнический образ жизни в кругу своих друзей — КНИГ в «дивном саду Литературы». И умер счастливейшим из смертных: с блаженной улыбкой на устах.
«Как уверяла домоправительница, на губах новопреставленного играла улыбка райского блаженства…»
Комментарии, как говорится, излишни. О, литература! Ты — мир! Ты — жизнь!
P.S.
«Изумление его достигло степени шока: библиотека Эвергрина могла похвастать экземплярами неслыханной ценности, однако почти все они пребывали в плачевном состоянии. Пожелтевшие, высыпающиеся из ветхих переплетов тома поражающей воображение коллекции Belletristica Americana…»
Билл Пронзини (уверена, что эти строки принадлежат ему, а не его соавтору) не мог не «съязвить» по поводу Американкой беллетристики (American pulp, pulp-индустрии). Тогда как мы знаем, что бульварные журналы, романы проложили дорогу к литературным шедеврам. Я бы не стала принижать значение бульварной «целлюлозы».
P.S. P.S.
Такой маленький рассказ и так много смыслов.

Идея о том, что наша жизнь уже кем-то заранее написана, по сути не нова. Но представить весь мир, все жизни, в виде огромной библиотеки, в которой истории рождаются в реальном времени, это очень красиво.

Словно реальность и есть литература, а литература — сама реальность…

В этом молчании старины было что-то и умиротворяющее, и подспудно тревожащее душу, казалось, время задержало свой бег, навечно застыв в эпохе Вашингтона и Декларации независимости.

... Пруитт прожил долгую беспечальную жизнь, и скорбь по его кончине представлялась неуместной.