Цитаты из книги Soulbinder

У меня была тысяча вопросов, но я не задал ни одного. Все мое существо сосредоточилось на двух простых задачах: во-первых, убедиться, что это не сон, а во-вторых, доказать себе — то, что должно быть невозможным, на самом деле реально. Как можно незаметнее я ущипнул себя за руку… Достаточно сильно, чтобы вздрогнуть. «Ладно, назовем это пройденной проверкой». Как только животное в сумке укусило меня, оно снова заснуло. Ощущение было таким знакомым… И все же гораздо более логичным объяснением было то, что это не Рейчис. Может, Нифения перепутала и нашла в пустыне какого-то другого белкокота. Может, она была вовсе не Нифенией, и это шутка. Я гарантировал, что ответственные за шутку умоются кровью. Медленно, неуверенно, я снова сунул руку в сумку. Нифения положила руку мне на плечо, чтобы меня остановить. У нее было всего три пальца, но крепкая хватка. — Не надо его будить, — предупредила она, но, взглянув на мое лицо, смягчилась: — Просто будь осторожен. Он все еще очень слаб. Словно держа руками мыльный пузырь, я вытащил белкокота из сумки и посадил себе на колени. «Он ощущается слишком маленьким. Слишком легким». — Почему у него такой мокрый мех? — У него лихорадка, — объяснила Нифения. — И он потерял много крови. Мы сбивали ему температуру ослабляющей травой, давали столько воды, сколько он мог выпить, но он был так тяжело болен, когда мы нашли его, Келлен. Одного обезвоживания хватило бы, чтобы его убить. — Но как он может быть здесь? Живой? Я не мог оторвать глаз от странного существа, дремлющего у меня на коленях. Оно едва ли походило на белкокота, тем более такого крутого и полного жизни, как Рейчис. Моя отчаянная потребность выяснить правду заставила меня глупо залепетать: — Я нашел его кости. Я привез их сюда, в аббатство, но, когда появился тот луч света, мне пришлось схватить Сутарей, и моя рубашка упала со скалы, и я не мог… — Келлен? — спросила Нифения, глядя на меня так, будто я сошел с ума. — О чем, во имя неба, ты говоришь? «Сосредоточься, — приказал я себе. — Сконцентрируйся. Ты не сможешь понять, что происходит, пока сам не начнешь говорить разумно». — В пустыне… В Золотом Проходе. Я был там всего несколько часов назад. — Я знаю. Я тебя видела. — Ты там была? Но… Она приподняла бровь. — Келлен, как, по-твоему, мы сюда попали? «Ладно… Ладно… Она была там, в пустыне, используя некий амулет, чтобы мы ее не увидели. Затем, когда Азир прошел через Тени, она, должно быть, последовала за нами». — Азир сказал, что тропа слишком тяжела. Турнам и остальные подумали, что он просто…

— Ребенок ленится, вот и все. Мы слишком мягко с ним обращались, и теперь он распустился. — Почему ты без конца пристаешь к мальчику? — спросила Сутарей и с трудом удержала равновесие, шагнув вперед, чтобы встать лицом к Турнаму. — Это заставляет тебя чувствовать себя сильным, когда ты так его задираешь? — Мы с Азиром берабески, — ответил Турнам. — Ты ничего не знаешь о наших обычаях, джен-теп, поэтому лучше держи свой языческий рот на замке. — А как насчет того, чтобы все заткнулись? — спросила Диадера, глядя на дорогу впереди. Она заметила то же самое, что видел я: дорога сужалась. Слабела. Части, из которых была составлена ее поверхность, теперь выглядели неуклюже подогнанными. Хрупкими. Как будто могли не выдержать нашего веса. Поднялся ветер, похожий на начало песчаной бури. Когда мы впервые вошли в Тени, тут едва дуло. Теперь ветер хлестал нас, и я крепче сжал сверток под мышкой, опасаясь, что внезапный порыв вырвет его у меня. — Чего-то плохое стряхивает с себя сон, — пробормотала Гхилла. — Не хочу повстречаться с духом, который здесь живет. — Может, тебе отдохнуть? — предложила Азиру Диадера. — Расслабься на несколько минут. Мы никуда не спешим. Он покачал головой, мотнув всклокоченными волосами. — Я должен идти дальше. Не хочу заблудиться. Трудно представить, как можно заблудиться на дороге, идущей прямо, как стрела, но я вспомнил слова Диадеры: ониксовая тропа только кажется прямой. Наши глаза просто не могли уследить, как она скручивается и поворачивается сквозь многомерные конфигурации. В этот миг мы могли висеть вверх тормашками. — Мы почти пришли, — сказал Бателиос, показав на мерцающий черный туман в нескольких десятках ярдов впереди. — Дорога все еще кажется слишком тяжелой, — сказал Азир, хотя было трудно разобрать его слова сквозь ветер. Я впервые услышал, как он заикается. Я снова оглянулся, ожидая увидеть, как к нам подкрадывается нечто демоническое, но, хотя ониксовая дорога позади нас тревожно раскачивалась вверх и вниз, как корабль, который колотят волны, на ней никого не было. — Келлен, давай, — поманила меня Диадера. Остальные уже проскользнули сквозь туман. — За нами нет никаких больших демонов или монстров. Азир просто устал. Мы почти дома, целые и невредимые. Целые и невредимые. Часть меня почти желала, чтобы нам на пятки наступал дьявол. Безопасность означала, что ничто не сможет отвлечь меня от бесконечного горя, которое ожидало, чтобы поглотить меня. Диадера схватила меня за руку и потянула сквозь туман, обратно в аббатство, где оказалось, что горе станет наименьшей из моих проблем.