Исключения и правила: «истории успеха» и «недостойное правление» в России.

наиболее серьезным препятствием на пути «историй успеха» является нехватка финансовых, материальных и кадровых ресурсов, доступных руководителям проектов и программ. Собственно, Россия была и остается страной «второго эшелона» с точки зрения уровня ее социально-экономического развития, и с этой точки зрения ее претензии на роль глобального космического лидера (в случае космической программы) или мирового центра высоких технологий (в случае «Сколково») в длительной перспективе едва ли можно было считать обоснованными.

успех немногих становится причиной неуспеха многих — политика сверхконцентрации ресурсов подрывает среду, в которой лучшие практики можно было бы распространять6 за
пределы «карманов эффективности

истории успеха» страны в прошлом и настоящем (будь то ее военные победы, технические достижения или гениальные стихи и спектакли) служат если не полной индульгенцией сопутствующим этим успехам посредственным результатам в иных номинациях (а то и в тех же самых), то отчасти сглаживают общую неудовлетворенность посредственными результатами, вытесняя дискуссии об их причинах и возможных способах преодоления на периферию внимания элит и масс. Тем самым они поддерживают механизмы «недостойного правления», во многом легитимируя их, несмотря на то что сами успехи часто достигаются не столько благодаря, сколько вопреки этому политико-экономическому порядку. Компенсационные функции отдельных «историй успеха» (характерные не только для России, но и для некоторых других стран) выступают одним из проявлений «синдрома посредственности».
(С.30

Беда состоит в том, что эти ресурсы с течением времени могут оказаться недостаточными и
для смены парадигмы развития — перехода от ориентации на отдельные выдающиеся достижения к повышению общего качества экономического и социального развития, способного создать почву не для единичных и дающих слабый мультипликативный эффект «историй успеха» в ущерб всему остальному, а для устойчивого продвижения страны к более высоким стандартам. Откладывая постановку и решение этих задач на потом, Россия рискует остаться без будущих успехов — «истории успеха» страны могут так навсегда и уйти в историю

Под влиянием НИУ ВШЭ был запущен ряд инноваций в сфере реформ образования — прежде всего введение Единого государственного экзамена (ЕГЭ)

«история успеха» вуза оказалась единичным примером, который (по крайней мере, пока) не дал мультипликативного эффекта в большинстве других российских вузов, не говоря уже о том, что государственные ресурсы, получаемые НИУ ВШЭ (хотя и вполне заслуженно), не доставались другим образовательным учреждениям. Означает ли это, что отдельные «истории успеха» в условиях «недостойного правления» так и обречены оставаться островками качественного развития в море посредственности, где руководители проектов и программ обречены кое-как барахтаться, в лучшем случае отчасти решая текущие проблемы

По экспертным оценкам, сплоченные этнические элиты Татарстана выстроили в регионе модель «кумовского капитализма», в рамках которой власти и крупный бизнес оказались связаны взаимными обязательствами, а выход аутсайдеров на региональные рынки стал ограничен. Тесные взаимосвязи элит республики отчасти снижали негативные последствия коррупции — в отличие от регионов, для которых были характерны открытые политические конфликты (Sharafutdinova, 2011), в то время как стремление татарстанских лидеров к развитию республики, а не только к извлечению ренты (как в ряде других регионов и республик России), позволяло привлекать ресурсы из Центра даже на фоне политики рецентрализации государственного управления в 2000-е годы Татарстану удалось отчасти «разменять» свой прежний особый статус на приоритетное финансирование Центром ряда проектов и программ в республике (от празднования 1000-летия Казани до проведения там же Всемирной универсиады в 2013 году)

, российские губернаторы чаще лишались своих постов из-за неудовлетворительных, с точки зрения Кремля, результатов выборов, чем из-за неудовлетворительных показателей социально-экономического развития соответствующих регионов (Reuter, Robertson, 2012). Предельно огрубляя: если китайскому первому секретарю провинциального комитета Компартии во вверенной ему провинции для успеха надо строить новые дороги и больницы и успешно бороться с загрязнением воздуха, то российскому гу-
бернатору для успеха надо завышать явку на выборы и успешно бороться с проявлениями протестов. Такие различия стимулов лишь усугубляют рентоориентированное поведение в российском случае, но никак не способствуют развитию, лишний раз подчеркивая неэффективность электоральной версии авторитаризма в России в сравнении с «гегемонной»моделью в Китае.

вместо вмешательства контролирующих органов в случаях сбоев в работе тех или иных организаций и учреждений (модель «пожарной тревоги») российское государство идет по пути фронтального мониторинга и контроля всех без исключения организаций и учреждений (модель «полицейского патруля»)

Карманы (не)эффективности

назначение на пост главы крупнейшего государственного банка России — Сбербанка — Германа Грефа, пользовавшегося доверием Путина и входившего в его ближайшее окружение, стало залогом если не «истории успеха», то, по крайней мере, существенного улучшения качества работы Сбербанка. В то же время назначение главой РЖД другого близкого Путину руководителя — Владимира Якунина — повлекло за собой полную смену стратегии реформирования компании и ее последующее превращение в механизм по извлечению ренты в особо крупных размерах.

Одной из центральных проблем «недостойного правления» оказывается явный недостаток у политических лидеров долгосрочных стимулов для успешного развития страны. Поскольку их временной горизонт ограничен сроком пребывания у власти и рисками ее утраты, а шансы на
династическую преемственность власти для персоналистских режимов невелики (Brownlee, 2007), то политические лидеры склонны вести себя, говоря в терминах Мансура Олсона, как «кочевые», а не как «стационарные» бандиты (Olson, 1993). Поэтому в качестве приоритетов реализуемого под их руководством политического курса выбираются те направления, которые способны принести относительно быструю и осязаемую отдачу, сопровождающуюся рядом демонстрационных эффектов — подчас в ущерб долгосрочным стратегическим целя