Цитаты из книги Москва — Атлантида

Я миновал помпезное здание Дворца Советов, протыкающее статуей Ильича нависшие над столицей дождевые тучи. Ильич напоминал верзилу-баскетболиста, который хочет забросить трехочковый всему свету. У него не очень-то получилось. Я ехал на работу. Рассветные лучи, мерцая на высоких окнах учреждений, пробуждая зелень в узких сквериках, вдыхали в город жизнь. Будили его ласковыми и теплыми касаниями. Раньше такое называли «бабьим летом». Теперь и зелени в Москве стало поменьше – уступила под натиском стекла, бетона и мрамора, да и само слово «баба», неуместный вульгаризм, похоронено обезличенным канцеляритом новой эпохи. Я оставил «Гидру» на служебной стоянке, выходящей торцом на Альхазреда (бывшую Новослободскую).

В первую ночь мне приснился сон. Впервые в нем не было самой Атлантиды. Зато в нем был почтальон, который постучался в нашу с Ульяной дверь. Он принес телеграмму от товарища Кожухова: «Отличная работа Параноик зпт горжусь тобой вскл всё идет по плану зпт жди инструкций тчк». Проснувшись, я уткнулся носом в затылок Ульяны, обнял, прижал ее к себе. Она прошептала что-то в полусне. – Слушай, а здесь есть телеграф? – спросил я одними губами. Она спала. У меня было такое чувство, что каким бы ни был ее ответ – это уже ничего не изменит. Шестое чувство подсказывало.

– Ознакомься, Свиридов… Я ознакомился. Личное дело гражданки Подольской Ульяны Тимофеевны, пропавшей без вести в августе сего года. Биографические сведения весьма скудны в силу возраста пропавшей. Моя ровесница – двадцать шесть. Не состояла. Не привлекалась. Образование высшее, ксенопсихолог. Работала в Москве, в Совинцентре (он же – «Пикмановский центр»). Фото. Сведения о родителях… Так… – Профессор Подольский? – Я перевел взгляд с бумаг на шефа. – Дочь профессора Подольского пропала без вести?! – Чуешь, чем попахивает?