Уничтожить королевство

Какие бы чары ни затуманили мой разум, когда я спасал её, теперь они рассеялись, и я ясно вижу, что передо мной не беспомощная девица, а нечто большее. И мне любопытно, хотя ни к чему хорошему это точно не приведёт.

— Яд? Хранил его для будущей жены?
— Он не смертелен. И нет, не для жены. Разве что моей женой была бы ты.
— Будь я твоей женой, выпила бы его добровольно.

Зло не следует календарю.

Формально я убийца, но предпочитаю считать это одним из своих лучших своих качеств.

В отличие от всего остального айсберга, пещера действительно прекрасна. Место, познавшее касание Кето. Но Элиана обстановка не восхищает. Он решительно смотрит вперед, в центр купола, откуда ввысь тянется шпиль океанской воды, и в идеальном сочетании изумрудной зелени и сапфиров я сразу узнаю воду из моря Дьяволос. Из моего дома.
А в ее глубинах — Второе око Кето.

Когда мы причаливаем, под «Саад» уже не вода, а слякоть. Все вокруг пронизано холодом, и сумеречный воздух, кажется, леденеет от одной только мысли о скором отсутствии солнца. Но светло здесь все равно как утром. Зеркало замерзшего неба и белые воды, укрытые снегом и ледяными узорами, создают прекраснейшее королевство, которому неведома тьма. Даже глубокой ночью небосклон остается синим, а сама земля будто излучает свет. Снег, отражающий бесконечное сияние звезд.

Боль – это не всегда страдания.

Я поворачиваюсь к Лире. Кончики ее волос покрыты инеем.
— Постарайся не дышать, — советую я. — Воздух может застыть на полпути.
Лира приподнимает капюшон:
— Тогда ты постарайся не говорить. Никто не хочет, чтобы твои слова сохранились навечно.
— Вообще-то, это жемчужины мудрости.

— Неисправимый циник.
— Неисправимый пират.
— Говоришь так, будто это оскорбление.
— Прими уже, что все, сказанное мной, оскорбление.

- В войнах не побеждают бегством, -говорит Лира.

• В войнах вообще невозможно победить, - возражаю я. - Просто кто-то проигрывает.