Диетлэнд

Я терпеть не могла, когда мне намекали на мой вес, несмотря на всю его очевидность. Как будто они ставили клеймо "что-то не так" на мне, когда я всей душой мечтала стать такой, как все.

Что, если ты никогда не сможешь стать худой? Что, если не будет никакого "когда-нибудь"? Что, если твоя настоящая жизнь идет прямо сейчас и ты живешь ею?

"Мы вольны жить так, как сами хотим. Если захочешь принять это, освободишься"

– Не могу представить, чтобы кто-то полюбил меня с такой-то внешностью.
– Просто потому, что ты никогда не позволяла себе представить это. Как кто-то искренне полюбит тебя, если ты сама себя ненавидишь?

Я ела и ела. Я не считала калории. У меня не было времени на расчеты. Я всегда ненавидела математику. Я набивала рот слоенным тестом с медом и орехами, поглощала жаренную во фритюре выпечку со сладким сиропом, который приятно разливался во рту, угощалась мягкими печеньями с миндалем и кокосовой стружкой, обмакивая их в шафрановый крем. Волны удовольствия пробегали по телу. Мои вялость и апатия угасали с каждым кусочком, и я вновь почувствовала себя человеком.

Ни один десерт не сравнится со сладким вкусом того, что ты - худышка.

Это не правильно, что женщины должны скрывать тела и лица от мужских взглядов. Кто от этого страдает больше: женщины, совершившие гнусное преступление, просто родившись женщиной, или мужчины, которые относятся к женщинам как к собственности? Если вас оскорбляет вид непокрытой женщины, оставайтесь дома или наденьте на глаза повязку. А еще лучше - залейте глаза кислотой.

- Я хочу, чтобы ты знала, она ушла, - сказала я Верене.

• Худышка внутри меня, идеальная женщина. Моя тень.

Я никогда не ценила и не любила тело, которое так много сделало для меня. Мое тело было моим злейшим врагом, я воспринимала его как клетку, которая не позволяет настоящей мне вырваться наружу. Но оно не было тюрьмой. Тело принадлежало мне. Тело было мной. "Это моя настоящая жизнь, я уже живу ей". Я сняла одежду и стояла голой перед зеркалами, поворачиваясь так и сяк. Я была круглой, пухленькой, милой. Раньше я не видела себя такой.

Я мечтала забить желудок едой, что окружала меня на кухне ресторана, но моё сознание умоляла моё голодное "я" быть разумным и не срываться.

Если не обращать на что-либо внимания, поздно или рано это перестает быть для тебя реальным.

Кто в этом мире угнетен больше - женщина, закутанная с головы до ног в паранджу, или загорелая модель в бикини на страницах журнала?

Читательницы постоянно жалуются, что модные журналы эксплуатируют женщин, а с другой стороны, сетуют на то, что предполагаемая эксплуатация не распространяется в равной мере на полных женщин и на относящихся к определенной расе.

Башня Остен, поднимающаяся в небеса, подобно бобовому стеблю, вместо волшебных бобов производит журналы, книги и телешоу, рассказывающие женщинам, как избежать превращения в такую как я. Я - самый страшный кошмар любой американки. То, с чем они борются всю жизнь - сидят на диетах, занимаются спортом и делают пластические операции. Все ради того, чтобы не выглядеть как я.

Эта одежда, эти крашеные волосы, эти грёбаные шпильки. Пойми, в своей настоящей жизни я бы никогда так не одевалась.

Быть женщиной значит быть притворщицей.

Гендиректор понимала, что пенисы - огромная угроза ее бизнесу. Пикантные фотографии женщин всегда сходили компании с рук. Женщины знали свое место, с мужчинами было все не так просто.