Человек не всегда может сказать, что он будет делать в тех или иных обстоятельствах, до тех пор пока эти обстоятельства не наступят.

Молодым не нужна религия, для них должны существовать только поэзия и философия, да и поэзия только та, что вдохновляется весельем, вином и любовью; а философия не должна рассуждать о всяких занудных вещах.

Никто не может назвать меру терпения женщины.

Последний штрих, которым божество придает завершенность прекрасному творению, есть вдохновение.

— Но он тебя не узнал?
— Он не сможет меня узнать. Я получил пожизненный приговор, и меня уже давным-давно считают мертвым.
— Удивительно только, что ты не набросился на него.
— Тогда бы он навечно потерял для меня всякую ценность. Мне пришлось бы убить его, а смерть, как ты знаешь, хранит тайны лучше ненавистного, но живого римлянина.

Небеса ничем не могли помочь ему в поисках ответа; они просто голубели, отливая синевой.

Своеобразие нашего восхищения другим человеком заключается в том, что оно всегда отыскивает обстоятельства для своего собственного оправдания.

Лучше закон без любви, чем любовь без закона.

Мужчина не может помешать женщине поступать так, как ей хочется.

Можно спасти утопающего; но не влюбленного мужчину.

Как правило, нет лучше способа заслужить неприязнь людей, чем вести себя хорошо в то время, когда они ведут себя плохо.