Сегодня не очень-то хороший денек, не правда ли? Но я очень рада, что не все дни такие.

А я люблю имя Нэнси. Потому что Нэнси - это ты.

Ну неужели нельзя жить как-то так, чтобы радоваться своему долгу?

Понимаешь, люди не могут так быстро меняться. Каждый почему-то держится за свои скелеты [в шкафу].

— Ну вот, что я тебе говорила! Даже ты, оказывается, беспокоился, как бы я в двадцать лет не осталось точно такой, какой была в десять!

— Некрасивая, вот как? — насмешливо улыбнулся молодой Пендлетон. — А тебе, Поллианна, никогда не приходило в голову, что… что может быть другое мнение на этот счет?
Поллианна отрицательно покачала головой.
— Не может; у меня ведь есть зеркало, — возразила она, бросив на него веселый взгляд.

Как мне достоверно известно, самым досадным обстоятельством в жизни Поллианны до сих пор является то, что она так уверена в своей некрасивости.

«До сих пор она совершенно не сознавала своих удивительных способностей. И в этом секрет ее успеха. Но ты знаешь так же хорошо, как и я, что как только она осознанновозьмется исправлять кого-либо, так сразу станет просто невыносима.»

«Есть что-то, чего я не понимаю. Но это кажется несправедливым, что у нас столько всего хорошего, а у них почти ничего.»

— Но я не понимаю, — возражала она, — почему это так хорошо или хоть чем-то лучше, если много людей объединяются и делают то, что каждый хотел бы делать сам.

«Удивительное дело, как мисс Поллианна умеет любого человека к себе привлечь. И ей для этого даже ничего делать не нужно. Она просто… просто кажется счастливой.»

«Будем воображать, что он жив. Мы можемэто вообразить, и тогда нам будет легче. А если мы вообразим его живым, то сможем вообразить и то, что непременно найдем его. И это еще больше нам поможет.»

«В прошлом, у других людей, всегда было что-то неприятное, что позволяло им играть в игру, и чем неприятнее оно было, тем интереснее оказывалось от него избавляться — то есть находить чему радоваться. Но когда нет ничего неприятного, я сама не знаю, как играть.»

«Однако этот ребенок неизменно считал само собой разумеющимся, что миссис Кэрью всегда «рада», а такое чрезвычайно раздражает того, кто ничему не рад.»

«Я так рада, что мы можем воображать, а вы?»

«Город — не торт с глазурью, хотя даже торт не очень хорошо сохраняется. Я пробовала оставлять его на другой день — он засыхает, особенно глазурь. Поэтому я считаю, что надо есть торт и получать удовольствия тогда, когда их тебе предлагают; так что я хочу посмотреть все, что могу сейчас, пока я здесь.»

«Бостон был для Поллианны совершенной новостью, и, разумеется, Поллианна для Бостона — той его части, которая удостоилась знакомства с нею — новостью ничуть не меньшей.»

«Но я имела в виду не ту радость, когда радуешься тому, что у тебя есть что-то такое, чего у других нет, а ту простую… когда просто хочется кричать и хлопать дверьми, даже если это неприлично»

«Тетя Полли говорит, что была бы не прочь иметь автомобиль, если бы ее автомобиль был единственным на свете и не было бы ни одного другого, который мог бы на нее наехать, но…»

«Раньше я думала, что они богатые, но теперь знаю, что быть по-настоящему богатым — значит иметь кольца с бриллиантами, горничных, котиковые шубы и надевать платья из шелка и бархата каждый день. И еще — иметь автомобиль.»