Цитаты из книги Rich Man, Poor Man

• Том единственный из нас в конце концов сумел создать себе жизнь.
  - И умер за ту из нас, которая не сумела.

Тебе все время твердят, чтоб ты читал, – с обидой думал он, – а когда ты наконец соглашаешься, тебя тычут носом в разные правила».

️В большинстве случаев семьи распадаются не из-за измен, а из-за энергетической несовместимости».

️Деньгами не заслужишь прощения, но они помогают в конечном счете залечивать старые раны.

️Гретхен больна болезнью века. В основе всего - секс. Погоня за священным оргазмом. Она бы сказала - за любовью, но, по его мнению, это следует назвать сексом.

️—Скажи, хоть что-нибудь в жизни доставляет тебе удовольствие?

—У меня другой подход к жизни.

—Ты монах-коммерсант,

У тебя умирает мать, и ты скорбишь о ней, но тело этого не понимает, оно наслаждается свежим ветерком и деревенским воздухом.

«Трусики», если подумать, какое-то детское слово, никак не соответствующее тому, что они прикрывают. «Пояс» звучит лучше, но это предмет другой эпохи, когда язык был более мелодичным,

Война – слишком удобная кормушка для очень многих крупных воротил. Плевать они хотят на то, что кричит горстка взвинченных молокососов.

Таким и должен быть субботний вечер зимой в Нью-Йорке. Искусство, спагетти, ром и постель.

Ты монах-коммерсант. Вместо обета жить в нищете ты дал обет жить в богатстве.

Три десятилетия работы с бумагами оставили на мистере Хатченсе свой след - он сам стал похож на бумагу, словно оплаченная квитанция, пролежавшая много лет на всякий случай, пожелтевшая, истрепавшаяся по краям.

Я секретарша из маленького городка, которая никогда нигде не была и никогда никуда не поедет.

У твоїй кімнаті чистота і порядок, але душа твоя брудна, як стайня...

болезнь века — секс

он чувствовал, что нашел свое место на планете, бороздя воды Мирового океана: никаких женщин, ни забот о том, чтобы не набрать лишний вес, ни крови в моче по утрам, ни судорожных поисков денег в конце каждого месяца.

- Привет, Руди, - откликнулся сторож. Рудольф настаивал на том, чтобы все старые служащие, знавшие его с тех времен, когда он впервые тут появился, обращались к нему по имени. - Ранняя вы пташка. Вот меня в наши годы в такое утро было не вытащить из постели. "Поэтому в твои годы ты и сидишь сторожем, Сэм" - подумал Рудольф, но, конечно, этого не сказал, а лишь улыбнулся и прошел к себе в кабинет по слабо освещенному, еще спящему магазину.