Влюбись в меня

Думаешь, твои родители не догадываются, чем мы занимаемся, пока ты живешь у меня? – Уверена, они думают, что мы играем в карты и вяжем шарфы. Усмехнувшись, он поставил руки по обе стороны от меня и наклонился над кроватью. – Они знают, что мы при любой возможности имеем друг друга до беспамятства. – Фу, – поморщилась я. – Они думают, что мы ведем себя прилично. – Твои родители? – фыркнул Рис. – Да они надеются, что к следующему лету мы уже состряпаем им внука! – Вовсе нет… – начала я, но тут же застонала. – Возможно, ты прав.

– В общем, мне все равно уже пора. Деньжата ждать не будут! Пока-пока! Хотя стоп!
Она развернулась к Нику, который как раз появился за стойкой. Держа в руке миску со свежими лаймами, он удивленно взглянул на Кэти.
– Ты! – воскликнула она и бросилась вперед. Ее грудь при этом чуть не выскочила из открытого топа.
– Я? – переспросил Ник, поставив лаймы на стойку.
Я улыбнулась, а Калла повернулась к ним. У нее на лице так и читалось любопытство.
– Да, ты! – Кэти показала на него синим ногтем, накрашенным в цвет топа. – Мне нужно кое-что тебе сказать.
– О нет, – пробормотала Калла, а я чуть не запрыгала от восторга.
Кэти помахала пальцами, словно собиралась изобразить танцевальную композицию под звуки джаза.
– Она придет сегодня.
– Не знаю, кому сегодня повезет, но не сомневаюсь, что счастливица появится, – ответил Ник.
Я фыркнула.
Ничуть не смутившись, Кэти помахала рукой.
– Это она, та, в которую ты влюбишься без памяти. О, милый, ты точно встретил свою судьбу. Тут и думать нечего. – Улыбнувшись узумленному Нику, она развернулась и рассмеялась. – До скорого, стервочки!
Мы посмотрели, как Кэти вышла из бара на своих высоченных каблуках, после чего я повернулась к Нику и похлопала его по плечу.
– Крепись, – сказала я. – В таких вещах она не ошибается.
– Иди-ка ты, – бросил Ник, побледнев.
– Нет. Она и правда оказалась права насчет нас с Джексом, – подтвердила Калла. – Она вроде как стриптизерша-ясновидящая.
– Идите-ка вы обе, – ужаснувшись, буркнул Ник.
– Я вся в предвкушении! – хихикнула я.
Ник состроил мне рожу.
Дверь в бар открылась, и мы все повернулись ко входу. Я сдавленно рассмеялась, увидев, кто вошел.
– О боже…
На пороге стояла Эйми Грант. Та самая Эйми с «й» посередине. Она исподлобья глянула на нас. Ее золотистые волосы струились волнами, сильно загорелый живот был обнажен. Она была хороша собой, но при этом не имела никакого понятия о личном пространстве, а также некрасиво обошлась с Каллой, о чем я вовсе не собиралась забывать. Но при мысли о том, что Ник влюбится именно в нее, я чуть не умерла от смеха. Хохоча до коликов, я поставила руки на стойку.
– О боже, это она!

Эйвери рассмеялась, поднимая стакан с колой.
– В прошлые выходные я вырубила Терезу, – призналась она.
Я пораженно взглянула на темноволосую красавицу.
– Я требую подробностей! – воскликнула я.
Рассмеявшись, Тереза повернулась на барном стуле.
– Я нашла у Джейса боксерские перчатки, – объяснила она. – Мы устроили спарринг. Я поддавалась, конечно, и била ее только по рукам.
– Неважно, – заметила Эйвери и взглянула на Кэма, который вместе с Джейсом и Джексом не давал Броку прохода. – Когда мы начали, Кэма чуть удар не хватил.
– Да, он чуть службу спасения не вызвал, – фыркнула Тереза. – Что довольно забавно, потому что Джейс наблюдал за нами так, словно сбылась его извращенная мечта. Девчонки надели боксерские перчатки.
Рассмеявшись, Калла налила стопку выпивки.
– Бедный Кэм. Должно быть, не слишком приятно, когда одна из девчонок – твоя сестра, – заметила она.
– А знаете, можно было бы устроить это шоу в клубе. Одеть девчонок в бикини или оставить их топлес… – Кэти одним глотком опрокинула выпивку. Причмокнув губами и довольно вздохнув, она поставила стопку обратно. – Я точно предложу это Ларри. Он обожает мои идеи, – сказала она, вильнув бедрами.

– Это родители Чарли, – пробормотала я.
Рис застыл.
Похолодев, я выпрямилась у него на коленях и ответила на звонок.
– Алло.
– Роксана. – Мама Чарли никогда не называла меня Рокси. Ни разу в жизни она не использовала мое уменьшительное имя. И я никогда не слышала, чтобы ее голос звучал так подавленно, как в тот момент.
У меня задрожали руки. Я высвободилась из объятий Риса, встав на ноги. Переступив через Джекса, я отошла подальше от костра.
– Да, это я. Что случилось?
Не знаю, зачем я вообще задала этот вопрос. Я прекрасно понимала, что она собирается сказать. В глубине души я уже все знала. Казалось, все мое счастье рассыпается как карточный домик.
– Мне очень жаль, – сказала она.
– Нет, – прошептала я, оборачиваясь. Рис стоял в нескольких шагах от меня. По его обеспокоенному лицу я поняла, что он тоже обо всем догадался. Он шагнул ко мне, но я попятилась от него.
Мама Чарли издала полный горечи стон, хотя я и представить не могла, что она способна на такое.
– Все кончено. Он… Чарли умер этим вечером.