Что может быть таинственнее Времени? Мы привыкли думать, что оно линейно. День за днём мы проживаем жизнь, нанизываем события на невидимую нить, из этой последовательности и складываются недели, месяцы, годы и десятилетия. Время неминуемо идёт вперёд, а то, что ушло в прошлое, – остаётся там навсегда. Время кажется стрелой, вектором, направленным в будущее. Прямая линия, на которой человек всегда находит себя между тем, что ушло и тем, что ещё только будет. Прошлое нам известно, и непреложный закон гласит: его невозможно изменить, нельзя исправить совершённые ошибки, нельзя поменять принятые решения. Будущее скрыто в тумане, оно никому неизвестно. Человек часто устремляется помыслами туда, в эту загадочную зыбь, но увидеть очертания грядущего очень сложно. И тем не менее его фундамент, его основы закладываются прошлым и настоящим, и в этом их сила.
Писатели и создатели фильмов часто обращаются к теме Времени, предлагая нам головоломные загадки в духе “Эффекта бабочки”, “Интерстеллара”, “Жены путешественника во времени” или “Двери в лето”. В таких произведениях смешиваются прошлое, настоящее и будущее, перемещаются, сохраняя память и знания героям, которые пытаются что-то исправить или изменить. Иногда авторы подходят к теме с менее фантастической стороны, описывая временные парадоксы с научной точки зрения, как, например, в “Интерстелларе”, где показана замкнутая причинность: в прошлом героя есть момент, когда он из будущего влияет на ход событий, но это ничего не меняет, потому что достаточно “дожить” до этого момента, и становится понятно, что он всегда был частью истории. Однако есть ещё одна любопытная вариация в произведениях на эту тему – это временная петля, когда герой или герои проживают один и тот же день с некоторой целью. Роман “Семь смертей Эвелины Хардкасл” как раз описывает такой вот “день сурка”.
Я очень давно хотела прочитать эту книгу. “Уникальный роман-загадка”: обложка завлекает, аннотация интригует, а уж как много говорили об этом произведении несколько лет назад! А тема – одна из моих любимых. Казалось бы, всё должно было сойтись. Меня роман захватил сразу, но… Осталось ощущение, что автор как будто бы к концу сдулся. Обидно, но, в целом, история вышла занимательная, очень головоломная, элегантная и с налётом новизны.
Серое утро ещё только еле-еле просачивается сквозь ветви деревьев. Холодно. Сыро. Похоже, будет дождь. Бесконечный дождь день за днём. Почему? Нет, неверный вопрос. Важнее понять, где он. Похоже, в лесу. Почему? Опять это почему! Что случилось вчера? Он пил? Решил сбежать? Заблудился? Куда-то шёл? Странно, никаких воспоминаний. Только имя: Анна. Это имя стучит в мозгу, перекатывается в пустоте. Почему в пустоте? Господи! Да потому что он ничего не помнит, совсем ничего! Ни своего имени, ни прошлого, ни зачем он здесь, ни где это вообще – здесь, ни куда он шел или откуда. Но вот одно он знает наверняка: рядом притаилась смерть. Женский крик разорвал тишину. Размытые тёмные силуэты, заштрихованные ветками кустарника, мелькнули совсем рядом. Анна! Её хотят убить! Выстрел. Её… убили? Страх сотрясает тщедушное тело. Почему оно кажется ему чужеродным? Как будто не своим? Почему, почему, почему… Так много вопросов! И их станет ещё больше, обещает фигура в маске чумного лекаря и черном плаще. Ты попал в Блэкхит! В разрушающемся особняке сегодня вечером будет бал-маскарад. Гости уже собрались. И ты тоже гость. Смотри внимательно! Слушай, что говорят и о чём умалчивают, это иногда важнее. Подозревай всех! Блэкхит не зря овеян дурной славой: здесь стреляют, нападают исподтишка, тонут в зловонной глубине грязного пруда, но нас интересует только одно из преступлений – убийство дочери хозяев имения Эвелины Хардкасл. Сегодня будут танцы, гости спрячут свои личины под масками, фейерверки разорвут черный бархат неба и тишину ночи, музыка будет звучать оглушительно, шампанское будет литься рекой, в ярко освещенных окнах особняка будут двигаться изломанные тени танцующих. Чем не праздник Красной Смерти? И смерть не замедлит явиться! Эвелина будет убита сегодня ночью, на глазах у всех. И будет умирать снова и снова, пока ты не найдёшь её убийцу. И этот день будет повторяться. И дождь. И предчувствие беды. Восемь дней и восемь воплощений. Назови имя убийцы – и будешь свободен. Или.. или пройди всё это снова. Мы, знаешь ли, никуда не спешим.
“Ничего не понятно, но очень интересно.” Примерно так я чувствовала себя в начале истории (напоминаю, аннотации полностью я читаю редко). Ясно было одно: происходит нечто непостижимое и в высшей степени загадочное. Главный герой ничего не помнит, даже собственное тело ему кажется чужим, вокруг лес, голоса, выстрелы. Антураж напоминает 20-е годы прошлого века, но автор не уточняет время действия. Сюжет выполнен в духе классических герметичных детективов, причём в прекрасных декорациях бала-маскарада: в поместье происходит убийство, убийца кто-то из присутствующих, уйти или сбежать из особняка невозможно. Задача главного героя – за один день найти преступника. Проблема усугубляется тем, что у него есть конкуренты, а квест – на время. С этого момента в канву знакомой композиции детектива вплетается фантастическая составляющая: день убийства становится ловушкой для героя и повторяется снова, снова и снова, в то время как он, подобно ничего не понимающей мухе, слепо бьётся в закрытые окна в поисках разгадки.
Стюарт Тёртон оказался виртуозным затейником и так лихо закрутил интригу, так хитро спрятал разгадку, что догадаться читателю будет сложно. Тем более прыгающий темп перевоплощений, всё новые и новые правила этой игры, которые постепенно открываются Айдену Слоуну, совершенно не позволяют сосредоточиться. Усложняет дело и большое количество персонажей, в тайну замешаны буквально все: приглашенные, члены семьи, слуги особняка и прислуга гостей. Следует отдать должное Тёртону, осознавая сложность своей задумки для читателей, он старается вводить персонажей постепенно, делая их при этом колоритными и запоминающимися, так что процесс знакомства с участниками истории проходит безболезненно, они легко укладываются в памяти. Но что заслуживает аплодисментов, так это скрупулёзное описание одного дня, разложенного по минутам. Все восемь ипостасей Слоуна, конкуренты, участники, те, кто стоит над этой игрой – все их шаги, встречи, диалоги, малейшие пересечения словно мелкие перемешанные кусочки мозаики постепенно встают на свои места. И не следует забывать, что Тёртон ещё и играет со временем: если для Слоуна, например, оно идёт относительно линейно, то для некоторых персонажей нет – для них прошлое и будущее осколками пересыпает настоящее, что делает историю ещё более запутанной. Иногда так и хотелось взять лист бумаги и начать записывать, кто, где и когда был, и в какое время.
Несмотря на то, что один и тот же день раз за разом повторяется, читать совсем не скучно. Забавны и любопытны наблюдения Слоуна за своими новыми ипостасями, ещё более интересны встречи, о которых уже было написано, но под другим углом зрения. Каждый раз всплывают новые подробности, которые дополняют картину того, что ещё только должно произойти.
Стюарт Тёртон поднял планку ожиданий практически на недосягаемую высоту. Сюжет представляет собой матрёшку. Вроде бы всё крутится вокруг предстоящего убийства Эвелины Хардкасл. Есть своего рода сыщик, есть подозреваемые. Однако, у Слоуна, вынужденного выполнять роль сыщика, есть тайные враги, те, кто не только мешает ему и путает все карты, но и реально угрожает его жизни. Но и это ещё не всё. Над всей этой историей находятся загадочные кукловоды, которым известно практически всё. Они напоминают учёных, отстранённо и со сдержанным любопытством наблюдающих за хаотичными передвижениями подопытных белых мышей, которых они сами же и поместили в стеклянный лабиринт. Мыши из последних сил пытаются найти выход, а таинственные наблюдатели время от времени слегка подталкивают нерасторопных мышек, чтобы они вовремя выходили из тупика. И самое забавное: похоже у каждого из них есть любимчики. Это наводит Слоуна на размышления: если Блэкхит выступает в роли лабиринта, значит кто-то зачем-то его и других туда поместил. Зачем? Почему так важно найти убийцу? Откуда тогда он сам? Кто он такой и кто они те, другие? Почему они здесь? Увлекательнейшее расследование обещает феерический финал, в котором Айден Слоун и читатели получат, наконец-то, все ответы. И вот здесь настигает обидное разочарование.
Что касается детективной линии, она в целом заканчивается неожиданно, а Тёртон в развязке демонстрирует редкостное хитроумие. Но, на мой взгляд, выглядит она несколько утрированно. Истоки преступления показались мне надуманными, если не сказать откровенно слабыми. Всё остальное смотрится замечательно, но вот изначальный мотив кажется притянутым за уши. И, к сожалению, несколько разочаровывает финал в отношении Айдена Слоуна и других активных участников проекта “Блэкхит”, скажем так. Да, Тёртон пытался замаскировать эту часть под философские рассуждения о преступлении, наказании, искуплении, прощении и перевоспитании, даже подбрасывает немного фактов о прошлом главных героев, их связи, но этого как будто маловато, и более того, эта линия как-то очень контрастно идёт вразрез с основным текстом произведения. Может быть, Тёртон и сам это понимал, поскольку развязка остаётся туманной и зыбкой, словно недосказанной и намеренно прикрытой завесой молчания, чтобы не нарушать почти готической красоты истории о разрушающемся особняке, застывшем где-то вне времени, о разгульном маскараде, во время которого гости исступлённо веселятся, не думая о завтрашнем дне, который, как известно, скорее всего не наступит. В этой истории, как это и должно быть по закону жанра, в самый разгар веселья, когда на притихшем чёрном небосклоне взрываются разноцветные фейерверки, звучит зловещий звук выстрела, и хрупкая, изящная женская фигура в который раз падает в мрачные воды затхлого пруда. Перед нами как будто разворачивается фантасмагория в стиле Эдгара По: «Все это казалось порождением какого-то безумного, горячечного бреда...». А вот когда все маски сорваны, красота этой истории разбивается тысячью мелких хрустальных осколков, ослепительно переливающихся в ярком свете ламп, подобно выпавшему из застывшей руки ошеломлённого гостя бокалу шампанского. Нет больше тайны, и очарования тоже больше нет.