Как избавиться от наследства

– Ну так мой дед всегда говорил: загадочная ведьма может загадить семейную жизнь любому чернокнижнику. А если она не успеет,то придет догадливая и догадит...

– Знаешь, у тебя был очень дальновидный дед, - только и сказала я.

– Надо же, мне попался чернокнижник, способный довести женщину до сарказма, - все-таки я не удержалась.

— Моя невыносимая светлая ведьма. Моя любимая ведьма… — обжигая жаром дыхания, прошептал он, чуть отстраняясь. — Ты мой огонь, маяк, который разгоняет тьму вокруг меня, внутри меня… Ты способна согреть, ты способна испепелить… Но я лучше тысячу раз сгорю, чем вернусь в тот холод, что был до тебя…

Одно слово: темные. Своровать обратно то, что украли у тебя, — святое. Даже если это «твое» ты сам изначально спер.

Зомби попятился. Видимо, он четко знал при жизни, что злая женщина — это ураган. Вот она пьет красное вино, вот она прицельно метает вазы, танцует на осколках разбитых надежд, плачет из-за бездомной кошки, а потом, лучась ангельской улыбкой, страшно мстит...

В общем и целом я девочка хорошая, просто иногда у меня характер нервничает.

«Допрыгалась», — подумала белка, глядя на рассвирепевшую смерть.
«Допилась», — решила смерть, увидев раздвоившуюся плешивую белку с кружкой гномьего первача в лапах.

Α дальше действовала так, как учил меня папа. Он всегда говорил: «Помни,доченька, ты – девочка! Никакой агрессии – бей и улыбайся!

– Я добрая! Я нежная. Ясно тебе?... Ясно?! Спрашиваю! Или еще раз врезать?

Я же вспомнила мою подругу, у которой был прямо-таки нюх на безбашенных бойфрендов. Ρокер, альпинист, байкер, фаерщик... Список был внушительным и регулярно пополнялся. Так вoт, она весьма точно однажды выразилась: «Ада, что я хочу сказать про мужчин... Они делятся на два вида: сволочь обыкновенная и необыкновенная сволочь».

Ведь быть умной – вредно для здоровья. Постоянно приходится думать, переживать. А тупость – великий дар. Ни о чем не думаешь. Хорошо. Спокойно. Οпять же встреча с Его Темнейшеством могла бы пройти иначе...

— А вообще, учиться у нас весело. Если бы еще Деймона постоянно директриса не вызывала, было бы вообще здорово.
— И часто она брата вызывает?
— Каждую седмицу, — насупилась малявка и, словно оправдываясь, проворчала: — Ну подумаешь, я в школьный суп упыриный скелет засунула. Так он только наваристее стал. А повар, который враз поседел… Так ему блондином, а не рыжим, только лучше стало. И вообще, если бы этот гоблин не сунул нос в кастрюлю, то и не заметил бы ничего.

Похоже, что наступило утро. Судя по ощущениям — наступило оно на меня.

Ведь быть умной – вредно для здоровья. Постоянно приходится думать, переживать. А тупость – великий дар. Ни о чем не думаешь. Хорошо. Спокойно.

— А какой ответ вы бы предпочли? — Я чуть наклонила голову.
— Точное название чародейской школы. Или хотя бы магического течения, которое вы практикуете. — Тут он уже решил взять напором.
— Я приверженец учения о магии фотошопа.
— Фотошопа? — Сейчас, судя по всему, советник и вправду растерялся.
— А обучение проходила у наставника Гугла под присмотром его родственника — пресветлого Яндекса. Мои любимые заклинания: светочувствительность, дисторсия и хроматическая аберрация…

— Мне все твердят, что у меня нет совести, — насупилась мелкая. — Но знаешь, Дей, это все-таки лучше, чем когда нет мозгов.