Последний крик банши

Найдешь новые ценности и точки опоры в жизни. Жалость способна сломать даже сильнейших, сделать их слабыми. Жалеть можно только детей, когда они разбивают коленки. Взрослому нужно молча протянуть руку и помочь встать. А дальше он должен разобраться сам.

Чем мнительнее человек и чем сильнее верит, что с ним может произойти что-то плохое, тем проще его проклясть, притянув неудачу или что похуже.

Она уже давно поняла, какое это неблагодарное занятие — кому-то что-то доказывать. Даже себе, в итоге ведь все равно получается, что окружающим. Но, наверное, каждый должен дойти до этого сам, иначе всю жизнь можно прожить с оглядкой на кого-то.

Смерть — это не всегда конец. Зачастую и начало. На месте засохшего мертвого дерева вырастут молодые побеги. Умершее животное дает шанс выжить другим существам. Гусеница перестает существовать, превращаясь в бабочку. Имаго — тоже своеобразная смерть. Без смерти не бывает жизни. Они продолжение и неотъемлемые части друг друга. Инь и ян, свет и тьма.

Максим все свои чувства оправдывал приворотом и не пытался от них бежать, воспринимая как неизбежное. Екатерина тоже считала все с его стороны приворотом, поэтому вела себя естественно, не пряталась в свою раковину сильной женщины, потомственной ведьмы и дипломированного хирурга. А подумай они, что их тяга друг к другу естественного происхождения, сразу бы отдалились, забаррикадировались, придумали кучу отговорок.

Свобода — это то, о чем мечтает каждая. Поэтому такая ведьма должна была появиться. Нельзя закручивать гайки до бесконечности, когда-нибудь резьба обязательно сорвется.

Влюбленность, как и простуда, вечно приходит не вовремя и портит жизнь почище заложенного носа.

— Каждый человек способен на чудо. Это то, во что верю я.
— Хорошо. Обещаю, если что-то пойдет не так, эту фразу выбьют на твоем надгробии, — признала поражение в споре ведьма.

Вот так всегда. Сначала любовь и романтика, а потом иди готовь ужин

— Уверен, я лучше, чем он! — безапелляционно выдал младший лейтенант инквизиции.

— Лучше, чем кто? — осторожно спросила Катя.

— Чем тот, с кем вы собираетесь провести этот вечер.

— Нет никого лучше моего кота!