Вместе с Суртсеем

МК = Ламли. Из бездны — с Суртсеем
Ламли не стал выделываться и старательно прошел по тропе, протоптанной старшими товарищами, Лавкрафтом и Дерлетом.
В текст вводятся не только канонические манускрипты, пантеон и топонимы Лавкрафта, но и герои рассказов Дерлета.
Два брата-писателя, один из них эзотерик-любитель.
Очередная попытка пришествия подводных богов на сушу.
Следствием чего стало появление острова в Исландии. Да, реально появился вулканический отстров в 1963-м году.
Ламли наконец-то дошел до того, что я проповедаю: вся лавкрафтовская мистика, с гибелью одних и выживанием других персонажей, попахивает криминалом на бытовой почве или по причине сумасшествия.
Эзотерик вроде как сошел с ума, год лечился, выздоровел. Но спустя какое-то время второй здравомыслящий братик засунул ему раскаленную кочергу в глаз, до самого мозга. Говорит, спасал Землю от нашествия Ктулху. Может и так, а может и у самого фляга засвистела.
Не первый раз в антологии озвучивается мысль, что Древним проще устроить геноцид человечества его же собственными руками, и поэтому они так интересуются ядерным оружием.
Современный по стилю написания старательный рассказ. Понравилось.
7(ХОРОШО)

Ещё одна история из сборника, вдохновлённого мирами великого и ужасного Лавкрафта, и снова вполне себе на уровне. Плюс небольшие отсылки к предыдущим рассказам автора, ничего сюжетообразующего, но как раз та мелочь, которая приятна. По сути история представляет собой письменные показания человека, обвинённого в убийстве собственного брата. Он пытается рассказать то, как дела обстояли на самом деле, и что даже ему человеку сугубо рациональному пришлось под давлением фактов по новому взглянуть на реальный мир.

Вышло довольно хорошо, атмосферно, местами жутковато, особенно когда ты знаешь, ну или догадываешься, больше самого гг, некоторые сцены впечатляют. Люблю как раз такое, вроде обычная, чуть ли не бытовая зарисовка, два брата ночью любуются в окно звёздами, а от её подоплёки веет тем ещё хтоническим ужасом, когда понимаешь, что один из них лишь воспользовался человеческой оболочкой для своих целей. От такого порой пробирает как раз сильнее чем от экшеновых и кровавых сцен. В общем, любителям этой вселенной, рекомендую.

Прям по-Лавкрафтовски написано, так же затягивающе, с подробным рассказом о том, что творилось не только с внешней стороны, но и происходило на душе у Филиппа, чей брат и литературный соавтор, очень впечатлительный по натуре, начал сходить с ума и пугать своими странными изысканиями и пророческими словами, которые долго воспринимались исключительно как бред. А между тем атмосфера становится всё темнее, будто туман сгущается и становится всё труднее и труднее делать вздох. Древний ужас пробуждается в глубинах и стремиться вновь захватить мир, пользуясь одним неподдающимся исцелению изъяном человечества - способностью возненавидеть себе подобных и убивать тех, с кем стравили сильные мира сего. Или не сего.

Очень круто создан лавкрафтовский ужас, когда пробирает хорошенько, хотя особо страшных сцен нет, за исключением парочки в конце. Но тем и хорош его стиль, что действует он иначе обычных ужастиков, через образы, что рождаются подсознательно в воображении читателя, в том тревожном ожидании, которое охватывает и заводит нервы, постепенно доводя почти до предела. И конечно затронута тема психики и её беззащитности перед тем, что не укладывается в привычный мир, что выходит за рамки человеческого. Да и сюжет неплох, хотя его можно было бы рассказать и более кратко. Но тогда не хватило бы места для той самой атмосферы, а тут главное именно она.

Из Новой Англии лавкравтовские ужасы вернулись в Англию Настоящую. От Пуританских берегов в берегам откуда эти самые отцы-пилигримы изошли, хотя много воды утекло с тех пор. Одного из братьев писателей начинает утягивать потусторонняя лавкрафтовская тварь, но он вроде вернулся или не он. Тут видно, что автор надёргал кусков и тем из разных произведений ГФЛ, но общая сшивка оказалась очень хорошей и читать приятно. Да это посвящение ГФЛ, хотя из без прямых "роялей в кустах", но талантливо сделано.