Цитаты из книги Три возраста Окини-Сан

Извольте выслушать матроса даже в том случае, если он несет ахинею. Бойтесь пассивного подчинения себе. Такое повиновение уже есть скрытая форма пассивного сопротивления. Пусть матрос выболтается. Ему приятно, а вам, господа, не так уж и противно.

У каждого корабля своя биография, свой некролог.

История-наука терпеливая: порой она открывает истину, выждав смерти целого поколения, иногда потомки ещё долго живут в неведении того, что пережили их пращуры..

У японцев есть даже поговорка: в улыбающееся лицо стрел из луков не выпускают...

На палубу клипера выбрался заспанный котище и, облизав себе хвост, долго взирал на Кронштадт — тот ли это город, где он бывал счастлив? Наверное, что то очень родное и приятное опахнуло кота от помоек матросских казарм, а может, и вспомнились былые победы над кронштадтскими кошками! Не в силах более сносить монашеской романтики моря, он единым махом вспрыгнул на бушприт, издав в сторону города трагический вопль любовного призыва. Послушав, нет ли отклика, кот возобновил арию на усиленных тонах.

Делать хорошо можно лишь то, что делаешь не от случая к случаю, а постоянно

 Я, – начал он, – терпеть не могу английских газет и посему читаю их внимательно.

здоровье женщины да будет для нас всегда священным, ибо здоровая женщина – это здоровая семья, это здоровье всей нации. "Берегиня" бережет нас, мужчин, а мы,мужчины, обязаны беречь свою "берегиню"

Нечаянно всегда бывает точнее. По себе знаю: если очень стараться, никогда в цель не попадёшь

Офицерский долг повелевает нам провозгласить тост во здравие нового царя с его могучим алкоголизмом, врожденным или благоприобретенным — это уж не наше дело!

Человек не всегда выбирает судьбу сам — иногда судьба схватит тебя за глотку и тащит в самый темный угол жизни. В темный и жуткий, как матросский кубрик, где, прыгая с койки, можешь наступить босой ногою на визжащую от ужаса поганую крысу.

Тысячу лет стоит мать-Россия и почему не дрогнула от глупостей — не понимаю.

Со старой женой всегда разобраться легче, нежели с молодою...

После Цусимы плыть некуда, ибо и кораблей не стало. Теперь казна подкармливала на будущее девять адмиралов, шестнадцать вице адмиралов и двадцать пять контр адмиралов.

....
Но, даже мертвые, вперед
Стремимся мы в отсеках душных,
Живым останется почет,
А мертвым орденов не нужно…
Лежим на грунте, очень тихие,
А ведь ребята – хоть куда!
И нас от Балтики до Тихого
Качает мутная вода.

История любит жестоко мстить тем, кто истории не знает!

.. Дураков всегда бьют...

Когда чёрт стареет, он делается монахом.

Счастье так же относительно, как и понятие координат на прокладочных картах…