#ЛюбовьНенависть

– Почему вы не можете жить мирно? – сердито спросила я Стоцкого, стараясь держаться от него на приличном расстоянии. – Потому что этот дебил слишком много возомнил о себе. Вы мутили? – спросил вдруг Артем. – Ага, воду в общем котле, – отозвалась я. – Ну реально? – Реально. Кашу-малашу в детстве делали, – хмыкнула я.

– Мисс Пипетка, шалом! – О, вымахал, каланча, – приложила я ладонь козырьком ко лбу, делая вид, что пытаюсь смотреть на него снизу вверх. – Эй, ты вообще меня слышишь на такой высоте? – Слышу, крошка, – развязно отвечал он. – Разговаривающая башня, – проворчала я.

– Чей взлетит выше, тот в семье и будет главный, – сообщил дедушка. Невеста и жених взяли в руки белоснежных голубей – ручных и послушных. Я почему-то засмотрелась на них. – Тоже хочешь? – раздался над ухом голос Клоуна. – На обратном пути можем их запустить. – Чтобы твой голубь мне на голову нагадил? – усмехнулась я. – Нет уж, спасибо. И вообще, бюджет у нас теперь общий. Будем рационально его использовать. Никаких голубей.

– Мой бугай, – нежно пропела я и погладила Клоуна по плечу. – Ну-ка, напряги мышцы, продемонстрируй силушку богатырскую. – Сергеева, захлопни ротик, – прошипел он. – Спасибо, что помогли добраться, у нас церемония через полчаса. – К полицейским он обращался куда дружелюбнее. – Всегда пожалуйста. Живите, так сказать, дружно и счастливо. Деток нарожайте, – потребовал Смирнов. – Троих хочу, – улыбнулся Клоун и погладил меня по животу. – Первый уже ждет своего выхода.

– Двадцать лет на одной лестничной площадке, и тоже словно чужие. – Его слова меня удивили. – Как-то дико, да? Особенно если начинаешь осознавать, что общаться перестали из-за глупостей и недопонимания.

– Красивая, – вдруг сказал Даня, сидевший со мной плечом к плечу. – Скала? – переспросила я, глядя на живописную скалу, мимо которой мы проплывали. - Ты, – ответил он.

– Знаешь, от тебя срывает голову – и тогда, и сейчас.

– Даш, а ты с кем-нибудь танцевала? – Ага, – ответила я. – С одним альтернативно одаренным. Странно, у него всего две ноги, а у меня было такое чувство, что я танцую с многоножкой. Оттоптал мне не то что ноги, но даже и руки!

– Даня, девочек на танец приглашал? – с улыбкой спросила мама. Тот смутился и подавился чаем. – Ну, одну дурочку позвал, – буркнул он. – Она мне все ноги отдавила. – Сам дурак! – возмутилась я и под столом врезала ему по икре.

– Товарищ Свалка, вы великолепны, – сказал Даня. – Вы тоже ничего, господин Клоун, – ответила я.

– Ее зовут Дэрри. Или Дашенька-младшая. Она похожа на меня. Правда? – Правда, – согласился Матвеев. – И у вас обеих совершенно нет мозгов. Стопроцентное попадание, а?

– Так, что случилось? – Я увидела ее комментарий. Под нашим фото. Тебе действительно важно ее одобрение? – О, боги, женщина! – воскликнул пораженно Даня. – Ты устроила истерику из-за комментария в инстаграме? Одного-единственного комментария? Серьезно? – Их было два, – отрезала я. – Не важно. – И лайк. Ну, – я положила руку ему на плечо, – рассказывай.

– Это заводит. – Ты что, будильник? – хихикнула я. – Опять эти невероятные шутки, – возвел он глаза к потолку.

– Я приглашаю тебя. – Я улыбнулась. – Куда? На казнь? – полюбопытствовал он. – На танец. – Это почти одно и то же.

МНЕ, КАК И ЛЮБОМУ из нас, нравятся далеко не все дни. Среди них есть те, которые тихо раздражают, – своей бессмысленностью, меланхолией и унынием, которые нападают вместе с дождливой погодой или плохим самочувствием. Есть те, которые неимоверно бесят своей суетой, – нужно успеть сделать множество дел. Ты бегаешь туда-сюда в суматохе, но ничего не успеваешь, и все буквально валится из рук. А еще есть те, которые ненавидишь до зубовного скрежета.

– Ну как, купили что-нибудь? – Не купили, – отозвалась я. – Даня хотел кожаные стринги, а их там не было. – Себе хотел? – заржал Дима и получил предупреждающий взгляд от Дани.

– А если тебе нужно эротичненькое бельишко, пошли в мужской отдел, я тебе боксеры с Дональдом Даком куплю. Или в виде слона, с хоботом! – Ох, что за фантазии, милая.