Цитаты из книги Зеркало отчаяния

Доброта всегда обходится дорого.

Мужчина, да, красивый, да… бабочки в животе есть? Правильно, нет. Потому как руки перед едой моем, вот и не заведется внутри никакая пакость!

— Шеф-гомосексуалист – мечта любой секретарши, – абсолютно серьезным тоном поведала Матильда. – И не пристает, и косметикой поделиться может. Тут главное – с ним на одного и того же парня глаз не положить.

«А что такое пендель чудотворный?» «Это такое секретное магическое воздействие, в результате которого медлительные ускоряются, трусы становятся храбрыми, ленивые – трудолюбивыми, а жадные – щедрыми. Правда, хватает ненадолго, надо повторять для закрепления результата».

Хорошо всегда там, куда мы не вляпались.

о людях всегда надо думать плохо и готовиться к худшему. Тогда ты будешь искренне радоваться жизни, если твои подозрения не подтвердятся.

«Думать тоже учиться надо. Если бы все умели это делать, в мире не было бы ни горя, ни боли…»

В этой жизни позорно ничего не уметь. А любой труд, наоборот, стоит уважать!

Если где-то есть власть, там будут и злоупотребления властью.

Рявкать надо учиться, иначе всю жизнь проживешь в роли серой мышки. А кошек вокруг мно-ого…

Ей предстоял визит в гадюшник.
Берегитесь, гадюки!

Да и… столица.
Не эта глушь и захолустье, где на одном конце чихнешь, на втором здоровья пожелают.

- Почему? А вдруг клюнет? - Потому что атакующую рыбу ловить неинтересно. Появляется подозрение на пиранью, - фыркнула Малена.

Она уже один раз высказалась. Не услышали? Значит, не дошло еще от ушей до мозга. Дорога длинная...

Он! Тут! Предлагает самое ценное! Себя и кредитку... папину. А от него еще и нос воротят! Да как же такое стерпеть-то?

- Шадоль! - Да, ваша светлость! - Наймите в замок парочку симпатичных служанок. Видите - дядюшка до ручки дошел, на людей кидается...

Есть ведь то, что ты ни за какие деньги не купишь. Репутация. Слово "русские" могут произносить по-разному. С уважением, страхом, безразличием, презрением, брезгливостью... и сановное-чиновное ворье отлично добились последнего. Но сами-то остались русскими. Навсегда.

Разговор с самим собой еще ни в одном мире не приветствовался. Завидуют, гады! Вот и мешают поговорить с умным человеком!