1947 świat zaczyna się teraz

Элисабет Осбринк

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

377 оценок

5
50%
4
36%
3
12%
2
1%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 421Хотят прочитать 923

Рецензии

pwu1964
27 января 2026
1947: история, которая продолжается
«1947. Год, в который все началось» Элизабет Осбринк — исторический нон-фикшн о годе, в котором мир, не оправившись от катастрофы, начинает формировать новый глобальный порядок.
В этом времени сходятся Кристиан Диор, Михаил Калашников, Джордж Оруэлл, Примо Леви, Билли Холидей, Симона де Бовуар, Нелли Закс, Грейс Хоппер и ключевые политические события: Нюрнбергский процесс и признание геноцида юридическим преступлением, создание ЦРУ и Коминформа, начало холодной войны и распад Британской империи. Его последствия Осбринк показывает особенно подробно — через раздел Британской Индии с образованием Индии, Пакистана и будущего Бангладеш, а также через борьбу евреев за создание государства Израиль и палестинский вопрос как один из центральных конфликтов послевоенного мира. В этом же контексте появляются фигуры Мухаммада Амина аль-Хусейни и Хасана аль-Банны — праотцов современного джихада. К этому добавляются массовые переселения и насилие, судьба еврейских беженцев, бегство нацистов в Южную Америку, попытки возрождения фашизма и первые проявления ревизионизма Холокоста.
При всей исторической масштабности книга остаётся личной: судьбы, выживших после Холокоста, переплетаются с семейной памятью автора и её попыткой осмыслить унаследованную травму.
«1947» — это эмоциональное, но не академическое исследование момента, когда формировался мир, который сегодня рушится на наших глазах, и напоминание о том, что прошлое не уходит, а лишь меняет формы.
Читать далее
105 понравилось
0
639
winpoo
26 января 2025
1947-й как новый смысловой поворот
Согласитесь, эпиграф из П. Целана есть нечто настолько многообещающее и интерпретативное, что после него хочется читать книгу, даже если еще не представляешь, о чем она будет. А оказалась она панорамным историческим полотном, сотканным из помесячных микрозаписей того, что происходило в 1947 году в разных точках мира. Пиксель за пикселем автор складывала эту картину, напоминающую стиль Билла Брайсона или Флориана Иллиеса (но литературнее и шире первого и сложнее и глубже второго), вкладывая в нее разную информацию, впечатления, отношения к происходящему в тот период времени. Все они даны в авторской оптике, представленной от имени разных людей из разных географических точек.
Чего-то очень уж совсем нового в этой фактологии одного года в истории, наверное, я не нашла, но сама форма мне нравилась: читать было любопытно именно из-за этой оскольчатости, мозаичности. Получалось вполне интерактивно, и само чтение напоминало конструирование с пятьюдесятью оттенками разнообразных пониманий, оценок и ностальгий (и неностальгий – тоже). Вполне закономерно, что много внимания было уделено семейной истории Осбринков, но я, не будучи сильно внутри еврейской темы, больше любопытствовала в отношении ежеднневного «творения истории» другими людьми: восстановление Европы (и городов, и социумов, и культуры, и психики людей) после военной стагнации, осознание геноцида, независимость колоний, эмансипация женщин, принципиально иные импульсы к развитию искусства и музыки, осознание необходимости утверждения прав человека, и – главное - формирование новых смысложизненных ориентиров, контур новых перспектив развития человечества как такового.
Мне показалось, что 600 электронных страниц для масштаба авторского замысла было мало, поэтому налет пунктирности мне тоже мешал, а текстовая ограниченность конкретных эпизодов слегка фрустрировала (как-то все время хотелось больше деталей и чувственной ткани этого бесконечно огромного смыслового пазла). Тем не менее, даже несмотря на некую тягостную мрачность атмосферы повествования и заметное избегание эмоций во имя фактов, сам пафос начала новой эпохи в истории я почувствовала – вот тот самый «ветер перемен», подувший на человечество. Из сегодняшнего 2025-го смотреть на историю 1947-го интересно (кажется, Л.Пастернак сказал: «Однажды Гегель ненароком / И, вероятно, наугад / Назвал историка пророком, / Предсказывающим назад») за счет возможности увидеть последствия принятых и непринятых решений, выстраивать новые причинно-следственные связи, понимать влияние одних событий на другие, усматривать долгодействующие исторические параллели и т.д. (вот когда пожалеешь об отсутствии исторического образования!).
Э. Осбринк в одном из интервью сказала, что писала документальное произведение художественным образом, потому что этот способ лучше всего отвечал ее собственному чувствованию того времени, и я прониклась ее версией «автобиографии года» - так и есть, лучше не скажешь!
Читать далее
41 понравилось
0
310
SayaOpium
15 июля 2020
В тритыщи раз лучше, чем «1913. Лето целого века» Флориан Иллиес . Больше, чем в тритыщи. Никакой дебильной богемы и высосанных из пальца проблем, авторка широкими мазками рисует картину года: политика, личные истории, истории, до сих пор не нашедшие своего завершения, общая атмосфера. Иными словами, всё то, чего и ждёшь от книги про хронику событий года.
Из этой книги вы узнаете: как Британия отказалась решать проблемы Индии, что привело к разделению на три государства и кровопролитной войне; как ООН пыталась решить Палестинский вопрос, и как из этого ничего не вышло (кроме кровопролитной войны); как образовалось Исламское государство; как Симона де Бовуар трахалась, путешествовала и ныла; как проходил Нюрнбергский процесс; как Рафаэль Лемкин пытался заставить мир принять понятие геноцида и запретить его; как евреев мотало по миру, как говно в проруби (уж простите за сравнение) и многое другое. На самом деле, вся книга в целом о евреях - настолько это был больной вопрос в прошлом веке. Книга о том, как мировое сообщество говорило "Ну да, то, что сотворили с евреями нацисты - это ужасно, но мы не хотим принимать еврейских беженцев, отправьте их куда-нибудь в другое место". О том, как нацистские идеи жили и процветали, несмотря на крах нацистской Германии. Ну и о том, как Бовуар трахалась и грустила.
На самом деле то, как в книгу врезаны отрывки о Бовуар - тот ещё анекдот, потому что они почти всегда между двух безумно страшных сообщений. "Начало войны, погибло 3000 человек. БОВУАР ТРАХАЛАСЬ И ГРУСТИЛА. Нюрнбергский процесс об убийстве миллиона человек". То ли авторка не любит Бовуар, то ли она так пыталась разрядить атмосферу, но абсолютно провалилась. Даже заметки об Оруэлле, у которого курица снесла аж 3 (!) яйца за день, смотрелись органичнее. Я не понимаю, на кой чёрт вообще была история Бовуар, если о её действительно важной работе написано два предложения - летом начала работу над книгой, зимой пишет о работе своему хахалю. Всё. Чтобы показать, что пока мир горел и раскалывался на куски, некоторые жили припеваючи и ни о чём не волновались?
Ещё странно выглядит врезанный в середине рассказ о семье самой Осбринк. Именно он убедил меня в том, что книга именно про евреев, потому что авторка - сюрприз! - и сама из еврейской семьи. Дед пропал без вести, отец чудом выжил. Рассказ хороший, краткий и честный, но к году не привязан, привязан к теме книги. Что и ведёт нас к логичному выводу, о чём книга.
Читать далее
Содержит спойлеры
17 понравилось
0
844