Le Médecin malgré lui

Я занимался у вас на дворе изгнанием лишней жидкости из своего организма.

Сганарель. Покойники – люди тихие и скромные, никогда не побегут жаловаться на лекарей, которые их уморили.
Леандр. Да, на этот счет покойники – народ надежный.

Ведь чего человеку надо? Пожить в свое удовольствие, вот и все.

Башмачник, если испортит хоть кусочек кожи, – плати из своего кармана, а лекарь испортит человека, и никто ему худого слова не скажет. Выйдет какая нибудь промашка – не мы виноваты, а тот, кто помер.

Какой же это дурень отказывается от немой жены?

Что ты скажешь, – все великие люди немножко с придурью, видно от учености-то и начинают чудесить.

Любая женщина знает, чем отомстить мужу.

Аристотель верно сказал: баба хуже черта!

Какой же это дурень отказывается от немой жены? Дал бы господь моей жене заболеть этой болезнью, я бы уж не стал ее лечить.

Жеронт. Да. Она моя единственная дочь, и я буду несчастнейшим человеком в мире, если она умрет.
Сганарель. Этого она не сделает. Умирать без предписания врача не полагается.

Избытка здоровья тоже следует опасаться.

Больная очень недурна, и я ручаюсь, что она придется по вкусу любому здоровому мужчине.

Ах, кормилица, очаровательная кормилица, вся моя медицина - только жалкая раба по сравнению с вашим занятием! Как бы я хотел быть счастливым малюткой, сосущим молоко из ваших прелестей!

Денежки не те, что у дядюшки, а те, что у пазушки.

Ей-богу же, все эти лекари только и делают, что переливают из пустого в порожнее. Вашей дочке требуется не ревень и не александрийский лист, а муж, - от такого пластыря все девичьи недуги как рукой снимет.

Валер. Мы вас проводим. А дело в том, что одна девушка потеряла дар речи.
Сганарель. Ей-богу, я его не находил.

Вмешиваться в чужие дела - нахальство! Еще Цицерон сказал:
свои собаки грызутся - чужая не приставай.

Конечно, любая женщина знает, чем отомстить мужу, но моего остолопа этим не проймешь.