Цитаты из книги ଦୀନହୀନ

Странное дело – тяжело, а воспоминания как будто приятные.

Чудно! Я не могла плакать; но душа моя разрывалась на части.

Отчего так неловко было в нем оставаться? — и с недоумением осматривал я свои зеленые закоптелые стены, потолок, завешанный паутиной, которую с большим успехом разводила Матрена, пересматривал всю свою мебель, осматривал каждый стул, думая, не тут ли беда?

на всякое дело надо смотреть обыкновенными глазами, не преувеличивая...

Сколько зла можно устранить откровенностью!

Время – самый лучший разрешитель

У женщины, например, бывает иногда потребность чувствовать себя несчастною, обиженною, хотя бы не было ни обид, ни несчастий. Есть много мужчин, похожих в этом случае на женщин, и даже мужчин не слабых, в которых вовсе не так много женственного.

Это еще и хорошо, что я знаю, что не скрыто от меня это; а то бы я умерла от подозрений.

Двое дали друг другу слово говорить ты, да и никак не могут и всё избегают такие фразы, в которых местоимения.

А я-то дура чуть было в тебя не влюбилась... Ладно, чуть не считается. Знаешь, любовь - это болезнь, а любую болезнь можно излечить. Главное - вовремя подобрать нужное лекарство...

воспоминания, радостные ли, горькие ли, всегда мучительны; но и мучение это сладостно

— Да, вы нетерпеливы... вы почти требуете... — Послушайте, послушайте! — прервал я ее. — Простите, если я вам скажу опять что-нибудь такое... Но вот что: я не могу не прийти сюда завтра. Я мечтатель; у меня так мало действительной жизни, что я такие минуты, как эту, как теперь, считаю так редко, что не могу не повторять этих минут в мечтаньях.

Что тебя мучит? бедность, нищета. Но бедность и нищета образуют художника. Они неразлучны с началом

Знаете ли, что я люблю теперь припомнить и посетить в известный срок те места, где был счастлив когда-то по-своему, люблю построить свое настоящее под лад уже безвозвратно прошедшему и часто брожу как тень, без нужды и цели, уныло и грустно.

Прощайте; я так устала; не понимаю, отчего я становлюсь такая слабая; малейшее занятие меня утомляет. Случится работа – как работать? Вот это-то и убивает меня.

Я как-то слабею, моя мечтательность изнуряет меня, а здоровье мое и без того все хуже и хуже становится.

Ведь вы, верно, еще не знаете, что такое чужой человек?.. Нет, вы меня извольте-ка порасспросить, так я вам скажу, что такое чужой человек. Знаю я его, маточка, хорошо знаю; случалось хлеб его есть. Зол он, Варенька, зол, уж так зол, что сердечка твоего недостанет, так он его истерзает укором, попреком да взглядом дурным.

"... нам удавалось иногда меняться словами, часто пустыми и малозначащими, но мне любо было давать всему свое значение, свою цену особую, подразумеваемую."

"Фальстаф повівся добре: як справжній англієць, був мовчазний, похмурий і ні на кого не кидався перший, тільки вимагав, щоб шанобливо обходили його місце "..." і і взагалі надавали належну повагу"