Цитаты из книги ଦୀନହୀନ

Я начала думать, рассуждать, наблюдать; но это наблюдение произошло так неестественно рано, что воображение мое не могло не переделывать всего по-своему, и я вдруг очутилась в каком-то особенном мире.

Сердце мое было уязвлено с первого мгновения, и с непостижимою, утомляющею быстротой началось мое развитие.

Я бы сказала, что это было скорее какое-то сострадательное, материнское чувство, если б такое определение любви моей не было немного смешно для дитяти.

...но наконец он наскучил всем даже и в этой последней роли.

...не пренебрегай черной работой, руби дрова, как я рубил их на вечеринках у бедных ремесленников.

Учитель твой умер слишком рано. Он оставил тебя только с одними неясными стремлениями и, главное, не объяснил тебе тебя же самого.

Тогда Ефимов, сквозь слезы и рыдания, проговорил, что он погибший, несчастнейший человек, что он давно это знал, но что теперь только усмотрел ясно свою гибель.

Но всего более изумляло меня, -- прибавлял Б., -- то, что в этом человеке, при его полном бессилии, при самых ничтожных познаниях в технике искусства, -- было такое глубокое, такое ясное и, можно сказать, инстинктивное понимание искусства.

Передо мной совершалась въявь отчаянная, лихорадочная борьба судорожно напряженной воли и внутреннего бессилия.

Его поддерживала только одна вечная, неподвижная идея-- выбиться наконец из скверного положения, скопить денег и попасть в Петербург.

Подожди! еще один мой совет тебе на дорогу, только один: не пей и учись, всё учись; не зазнавайся!

Вот спросите, сударь: "Егорка! чего ты хочешь? всё могу тебе дать", -- а я, сударь, ведь ни слова вам в ответ не скажу, затем что сам не знаю, чего хочу.

...уведомляли, что Ефимов артист с истинным талантом, что он скрипач, но что не умели угадать его талант и принуждали его заниматься другим инструментом.

Судьба его очень замечательна: это был самый странный, самый чудесный человек из всех, которых я знала.

...в сущности человек не без сердца; погибший человек. Таких людей между русскими много. Бывают они часто с большими способностями; но всё это в них как-то перепутывается,да сверх того они в состоянии сознательно идти против своей совести из слабости на известных пунктах, и не только всегда погибают, но и сами заранее знают, что идут к погибели. Маслобоев, между прочим, тонул в вине.

"Но с этого дня она сделалась ещё угрюмее и молчаливее и совсем уж не говорила со мной. Правда, я заметил два-три взгляда её, брошенные на меня украдкой, и в этих взглядах было столько нежности!"

Его жажда - слава. А если такое чувство сделается главным и единственным двигателем артиста, то этот артист уж не артист, потому что он уже потерял главный художественный инстинкт, то есть любовь к искусству, единственно потому, что оно искусство, а не что другое, не слава. Но С-ц, напротив: когда он берет смычок, для него не существует ничего в мире, кроме его музыки. После смычка первое дело у него деньги, а уж третье, кажется, слава. Но он об ней мало заботился...

Ах, какие мы все требовательные..Пустой перемены в лице человеку не простим

Нет, брат Ваня: муза, видно, испокон веку сидела на чердаке голодная, да и будет сидеть. Так-то!