Ноги Джейкоба уже не выдерживали веса сердца.

— В этом звуке всё то, что ещё не потеряно.
— В каком звуке?
— В твоём смехе.

Думаю, ты придаёшь чрезмерное значение счастью – и своему, и ближних, – а несчастливость настолько тебя ужасает, что ты лучше пойдёшь ко дну вместе с кораблём, чем согласишься признать – в нём пробоина.

Её постоянное стремление оценивать разрезало его, будто река, создавая два берега.

После снегопада есть только протоптанные стежки. Но обязательно потеплеет, и даже если снег лежит дольше обычного, он рано или поздно тает, обнажая выбор людей.

Стремление выжать ещё несколько капель счастья практически неизменно отравляет то счастье, которое ты так удачно обрёл и так глупо не признавал.

Сбережёшь только то, что отказываешься отпустить.

Независимо от условий жизни, вы никогда не будете счастливы, если и дальше будете так часто употреблять слово "нечестно".

Жизнь бесценна, думал Джейкоб. Нет мысли важнее, нет мысли очевиднее, но как же легко мы об этом забываем. Он подумал: «Насколько иначе сложилась бы моя жизнь, если бы я осознал это раньше, чем мне пришлось».

Когда смотришь на звёзды, невозможно говорить громко. Интересно, почему?

Дети пинают тебя изнутри, а потом появляются на свет и снова принимаются пинать.

Я всю жизнь изо всех сил старался защититься от того, чего больше всего боялся, и в итоге неправильно было бы говорить, что бояться было нечего, но, может быть, столкнуться с моими худшими страхами на самом деле и не было бы так страшно. Может, эти мои старания были ещё хуже.

От такой полной интимности – запускать пальцы в волосы, от любви, что не была тайной, но говорить о которой полагалось лишь шёпотом, дрожали нити накаливания в померкших лампах.

- Он человек-рубец.

• Но внутри он истекает кровью.

Все счастливые утра похожи друг на друга, как и все несчастливые: именно это в основном и делает их столь беспросветно несчастливыми – чувство, что несчастливость ощущалась, что попытки её избежать в лучшем случае укрепят, а в худшем усугубят её, что вся вселенная по какой-то непостижимой, ненужной и несправедливой логике в сговоре против невинной последовательности: одежда, завтрак, зубы и неподатливые вихры, рюкзаки, ботинки, куртки, прощание.

Хорошие люди не делают меньше ошибок, просто они умеют извиняться.

- Когда меня спрашивают, как дела, я почему-то отвечаю: "У меня сейчас переходный момент". Все в жизни - это переход, турбулентности по пути к конечной цели. Но я так давно это говорю, что, наверное, пора смириться: остаток жизни будет долгим переходом - песочные часы без колб. Сплошная перемычка.

Между двумя существами всегда есть непреодолимое расстояние, запретная зона. Иногда оно принимает форму одиночества. Иногда оно принимает форму любви.

Дети хоронят родителей, потому что мертвых нельзя не хоронить. Родителям не обязательно приводить детей в этот мир, но детям приходится провожать родителей из него.