Цитаты из книги Под знаком Сатурна

Отличительная черта Сатурна ― самоотчетность, непрерывные отношения с собой, всегда не готовым и никогда не окончательным. Личность ― это текст, он требует дешифровки (поэтому Сатурн ― знак интеллектуалов). Личность ― это замысел, он жаждет воплощения. (А потому Сатурн ― знак художников и мучеников, всех, кого "манит чистая красота неудачи", как напишет Беньямин о Кафке). Процесс воплощения личности, исполнения трудов всегда слишком медлен. Сатурн непрерывно отстает от себя.

Статус произведения обуславливается его местом в конкретном прожитом опыте, который приобретает неисчерпаемую личностную всеохватность, а "творчество" предстает  лишь её сторонним продуктом и неадекватным выражением. Искусство становится высказыванием самосознания - осознания, подразумевающего разлад между "я" художника и сообществом.

Мышление и выражение этих мыслей  с помощью языка становятся вечной пыткой.

"Мысль - редкостный наркотик", - уронил Беньямин в эссе о сюрреализме.

В каждом обществе определения здравого ума и безумия носят произвольный - и, шире, политический - характер.

Или ты обречён работать как проклятый, или не в силах и пальцем пошевелить.

достижение художника измеряется размахом пропасти между ним и коллективным голосом

писание - придание формы интеллекту - становится агонией, и эта агония, в свою очередь, даёт силы писать

писатель, берущийся за многое, в америке обычно вызывают ужасную, чёрную обиду

Дело не в том, что нацистское прошлое Рифеншталь стало вдруг для нас приемлемым. Просто с поворотом колеса истории этот факт утратил свою значимость. Вместо насильственного очищения истории от нежелательных эпизодов либеральное общество справляется с такого рода проблемами, выжидая, покуда их острота сгладится сама собой.

в уме мы вольны поступать как угодно, мы можем говорить любым тоном, даже неподобающим

искусство должно быть способно вещать откуда угодно

диапазон того, что может быть написано, совпадает по размаху с самим сознанием, и истина каждого высказывания ставится в прямую зависимость от жизнеспособности и целостности сознания, в котором оно зарождается

мучения дают право писать

подлинная боль ... - это чувствовать, как внутри тебя ворочается мысль

современных авторов отличает стремление к саморазвенчанию

долговечность модернизма скорее показывает, что происходит, когда предрекающееся разрешение острого социального и психологического беспокойства откладывается

люди начинают с некоторым цинизмом воспринимать и самый ужасающий кризис, если он затягивается и приобретает статичный характер

Беньямин настаивает, что меланхолия - источник подлинного (то есть верного) исторического понимания.