Balthazar

My objects in the novels? To interrogate human values through an honest representation of the human passions. A desirable end, perhaps a hopeless objective.

I have always believed in letting my reader sink or skim.

Science is the poetry of the intellect and poetry the science of the heart’s affections.

In memory, I always see them like this, staring at each other with clasped hands, so near together, so far apart. The telephone is a modern symbol for communications which never take place.

The city, inhabited by these memories of mine, moves not only backwards into our history, studded by the great names which mark every station of recorded time, but also back and forth in the living present, so to speak — among its contemporary faiths and races: the hundred little spheres which religion or lore creates and which cohere softly together like cells to form the great sprawling jellyfish which is Alexandria today.

Truth is what most contradicts itself in time.

Все наши женщины в глубине души няньки. Чтоб заслужить пожизненную преданность англичанки, нужно лишь устроить так, чтобы тебе оторвало обе ноги, и желательно выше пояса. Леди Чаттерли всегда казалась мне в этом плане малоубедительной — как символ, конечно. Ничто не могло бы привязать жену к мужу сильней, чем клиффордова болезнь.

Меня тошнит, когда ко мне ходят, как на могилу к мертвому котенку.

В книге стихов: „Брать иногда, когда приспичит, ложечками сыпать в душу и ждать, пока растворится“

We must always defend Plato to Aristotle and vice versa because if they should lose touch with each other we should be lost. The dimorphism of the psyche produced them both.