Ловушка для Сэфес

Неисповедимы пути души в этом мире. Сколько раз тот, кого сейчас зовут Клео, пытался отыскать того кто ныне носит имя Нарелин Эльве? Сотни раз, тысячи? И что же вышло в итоге? Любая тварь теперь имеет право упрекнуть их — в грязи, разврате, похоти… которой тут нет и в помине. Две души, идущие рядом, рука об руку, и эта связь неразрывна — умрёт один, умрёт и другой. Арти видел это со всей возможной ясностью. Душа не имеет пола, и кто виноват в том, что так получилось?
Какое испытание проходят они, какая цель сейчас стоит перед ними? От чего им ещё предстоит отказаться, чтобы понять, кем они могут стать? Отчасти Арти знал ответы на эти вопросы, но даже он, Эрсай, не мог да и не хотел знать всего. Сейчас их путь вступил в новую фазу, и им придётся трудно, потому что отказываться от того, что любишь, всегда неимоверно тяжело. Больно жечь за собой мосты, даже зная, что перед тобой возникнет что-то новое. Но бывает, что необходимо.

…пару раз ему чувствительно заезжали растопыренной ладонью то в лоб, то в глаз, он покорно терпел, отлично зная, что Тон своих детей чуть не с года приучает к самостоятельности. Да и потерпеть стоило. Ощущение, которое у Сэфес возникает рядом со Встречающими, особенно своими, сродни сонму положительных эмоций. Всё вместе — радость, любовь, восторг, облегчение, предвкушение… наверное, это называется счастьем. И сейчас Лин был счастлив безмерно — он и Встречающие являли единое целое, и Лину страшно хотелось жить, хотелось стоять на коленях, и пусть Моника тренируется в вытирании волос столько, сколько ей захочется. Только бы не уходить.
Весенний ветер, шальные блики на воде, свет и просыпающийся лес за невидимым окном… Как это просто порой — любить весь мир и чувствовать всеобъемлющее счастье каждой клеточкой тела.

– …что такое, по-твоему, настоящая свобода? Это вам Керр объяснила?
– Ну да… –Таэни растерянно замигала. – Ни от кого не зависеть… Самим принимать решения.
– Смешно. – Пятый слабо улыбнулся. – Это не свобода, это эгоизм. Что еще?
– Еще – право выбора…
– Замечательно!.. Так, господа, я на секунду. – Пятый снова закрыл глаза.
– Слушай, Таэни, а как ты это себе представляешь – ни от кого не зависеть? Ведь придется жить отшельником в лесу. Распахать там свое поле, выращивать рожь, убирать ее, печь хлеб… Только тогда ты
не будешь зависеть ни от кого. Да и то: нож – нужен, плуг – нужен, а значит, придется покупать у кузнеца. И если он не сделает нож и не продаст тебе плуг, то ты не вспашешь поле и умрешь с голоду. Верно?
– Да, но… Сейчас я это знаю… А когда она тут была и говорила… Независимость была чем-то другим, совсем.
– Например, свободой убивать инакомыслящих. Так? – спросил Пятый, открыв глаза. Таэни кивнула. – Или выбирать «собственный путь» – в ущерб чужому.