Магония

Я впитываю столько знаний по нужной теме, сколько получается за 15 минут поиска в интернете, а затем активно изображаю всезнайку. Из-за этого окружающие думают, что я умнее их. Что даёт мне возможность заниматься тем, чем я хочу

Раньше амперсанд был двадцать седьмой буквой английского алфавита &.

"Это страшно мило с вашей стороны" - Подтекст: Это нисколько не мило. Отвежитесь наконец.

Инвалид - происходит от прилагательного со значением "недействительный".

Иногда нам хочется привнести в жизнь немного хаоса. Немного контролируемого хаоса.

" Только не стоит забывать, что слово "победа" восходит к слову "беда.""

- Хорошо хоть, мы друг друга не боимся.
Я заглядываю ему в лицо.

• Точно?

• Точно. Ну, то есть я иногда могу вселять ужас. Может быть, ты меня боишься.
• Да, я трепещу перед тобой, - говорю я с улыбкой.

Все давно поняли, что Джейсону суждено стать либо великим преступником, либо агентом ЦРУ, но на какую из этих профессий падёт его выбор, так никто и не знает. Можно подумать, это такие уж разные вещи.

Я размышляю о космическом мусоре. Может быть, каждую планету в нашей Солнечной системе выбросили чьи-то гигантские руки. Каждая звезда – это скомканный лист бумаги, подожженное любовное письмо, тлеющий сигаретный пепел.

Because every time someone finds a new animal, or a new amazing thing on earth, it means we haven't broken everything yet.

– Ты под началом первого помощника.
«Отдай честь!» – кричит Милект.
Я, как могу, слушаюсь.
Зэл слегка улыбается:
– Дочь, ты приветствуешь не той рукой.

– Грета, – говорю, – я в порядке, как и всегда.
– Грета… – вторит она. – Ты не так должна меня называть, Аза Рэй.
– Ну тебя же не заставляют звать меня «дочерью». Тебе позволено обращаться ко мне по имени.
Ответом меня не удостаивают, отмеряют положенную дозу лекарств и суют мне в рот термометр.
– Договорились, дочь, – наконец произносит мама и улыбается, мол, сама доигралась.

Я знаю, люди умирают. Знаю, что, когда люди умирают, те, кто остался, думают, будто случилось нечто бессмысленно-безумное, потому как смерть по природе своей бессмысленно-безумна. Это один из аспектов отношений людей со смертью. Словно всякий раз это что-то особенное, словно каждый умирающий – герой. Мы хотим умереть эффектно, а не просто «погибнуть».