Сила есть право

Убей одного человека (с целью ограбить его), и ты — убийца. Убей миллион человек (с целью ограбить их), и ты — прославленный генерал. Забери у одного, и ты — отъявленный негодяй, но забери у всего населения или у соперничающей нации, и ты станешь канцлером казначейства, председателем путей и способов изыскания денежных средств или будешь награждён крестом славы Легиона Чести. Мародёрствуй открыто для собственной выгоды, и ты — гнусный мошенник, фальшивомонетчик, обманщик, бандит, но мародёрствуй не напрямую, через «общественные службы», и ты будешь провозглашён «нашим богатым согражданином и выдающимся патриотом».

В течение первых трёх веков слово «христиане» было другим названием «свободных любовников» — встречающихся в катакомбах и других тайных местах, с целью насладиться промискуитетом до того, как придёт «конец света» — событие, которое они ожидали каждый день на протяжении трёх сотен лет. Прокажённая омерзительность средневековых общин и современного монашества слишком хорошо известна, она заслуживает не более, чем краткого упоминания. «Кельи, где обитает загнанный в стойло онанизм», так же общеизвестны, как и неестественны. Не только ложа давших обет безбрачия мужчин и женщин, но и ризницы церквей и храмов всегда были рассадниками разврата, совращения и всевозможной нечистоты.

Ни один человек не должен подчиняться ни одному соглашению, написанному или высказанному, кроме тех, которые он сам облёк в свои личные строгие убеждения, достигнув для этого ментальной зрелости и неограниченной свободы. Лишь рабы рождаются для соглашений, написанных и заверенных их прародителями. Свободный человек рождается свободным, живёт свободным и умирает свободным. Он, независимо от того, что живёт в поддельной цивилизации, стоит над всеми законами, конституциями, теориями о том, что правильно, а что — неправильно. Он, конечно, поддерживает и защищает их, если они подходят для его цели, но если же нет — тогда он уничтожает их самым простым и самым прямолинейным методом.

Один из лейтенантов Колумба однажды пленил в Вест-Индии карибского вождя, используя весьма тонкую стратегию. Вождь был приглашён на пир и там его льстивыми речами уговорили надеть на себя (сидящего на лошади) отполированные до блеска стальные кандалы, вероломно убедив его в том, что они являются регалиями власти. Он глупо доверился коварным льстецам, и, когда цепи были накрепко стянуты на его руках и ногах, его увели, дабы он умер как раб, раздробленный жерновами испанских тюрем. И чем были эти сияющие кандалы для индейского вождя, тем и являются конституции, законы, моральные кодексы и господствующие еврейские цивилизации для остальных наций Земли. Точно так же, под видом прогресса и социальной эволюции, человечество было ввергнуто в темницы обмана, где оно беспрерывно трудится во тьме, отчаянии и позоре и не получает ничего.

В детском саду, в школе, в колледже пластичная мякоть мозга намеренно помещается в заранее заготовленную форму. Всё, что так или иначе может сделать развращённая цивилизация, нацелено на направление развивающегося интеллекта в неестественные русла. Потому огромное число людей, населяющих сегодня землю, не имеют никакой инициативы, никакой оригинальности и независимости мысли, вот они и остаются самыми обычными подчинёнными личностями, которые никогда не вносили ни малейшего вклада в создание тех идеалов, которые они формально почитают.

Женщины испытывают неземной восторг от грохота военных барабанов — от военных маршей, от чтения поэм и романов о «битвах, убийствах и скоропостижной смерти». (Криминальные газеты удерживаются на плаву в основном благодаря женщинам, падким до сенсационных репортажей об убийствах.)

Французские женщины (вопреки своей глубокой патриотической сентиментальности) восторгались прекрасной физической и военной выносливостью германских солдат, которые прошли через Париж в 1871. Контраст между высокими чистокожими германскими завоевателями и малорослыми французскими национальными гвардейцами тогда был продемонстрирован самым явным образом. Во Франции все «брутальные» виды спорта запрещены. Клерикализм имел там полную власть веками, и теперь социализм избирательной урны (а также циничная мерзкая чувственность) в полном расцвете.

Где бы солдаты ни сражались на войне, они сражаются также за любовь — патриотизм завершается после первого пароксизма жаждущих мщения. Женщины побеждённых рас обычно весьма склонны выходить замуж за мужчину, который во время войны убил её детей. Редьярд Киплинг в одной из своих популярных баллад искусной рукой касается этой этнической особенности:

Возле пагоды старинной, в Бирме, дальней стороне
Смотрит на море девчонка и скучает обо мне.
Голос бронзы колокольной кличет в пальмах то и знай:
«Ждём британского солдата, ждём солдата в Мандалай!»

После битвы у Сенлака норманнские искатели приключений стали «добычей» светловолосых саксонских девушек. И по сей день, куда бы солдаты или военные моряки ни направлялись, любвеобильные смуглые дочери завоёванных островов просто-напросто бросаются им в объятия. Женщины маори из Новой Зеландии тысячами выходили замуж за британских офицеров, солдат и моряков, и когда полки были отозваны домой, многие мужчины предпочли остаться, чем разбивать свои семьи. В Гибралтаре испанские сеньориты буквально штурмовали эту неприступную крепость, чтобы добраться до «сыновей вдовы». Любовь краснокожих индейских девушек к бледнолицым воинам когда-нибудь найдёт своего Гомера, который обессмертит ее.

Сила и право собственности перечёркивают множество грехов — приписываемых грехов, но мужчины и женщины (в особенности женщины) обладают чрезмерным запасом благосклонности и прощения — «дерзкого плохого мужчины», если он побеждает. Как уважают женщины мужчин львиной решительности и орлиных принципов, так отвергают они трусость, «хорошесть», слабость, женственность, проигрыш. Нет иного персонажа в истории, которому бы так бурно аплодировали со всех сторон, как храброму «плохому» бунтовщику и великому завоевателю.

Строго говоря, эта работа не только не принадлежит никакой идеологии, она вообще антиидеологична: «Из этого ясно следует, что человек или нация, желающие сохранить свободу или находиться в безопасности, не должны принимать никакого утверждения как истины в последней инстанции — не должны верить ни во что написанное или неписаное, живое или мёртвое — не должны верить ни в особых Иегов, ни в плачущих Спасителей — ни в яростных демонов, ни в дьявольские философии — ни в привидений, ни в идолов, ни в законы — ни в женщин, ни в мужчин». Проклинаемые истины — это не только Библия, это ещё и «Сатанинская Библия», и «Единственный и его собственность», и «Mein Kampf», и «Доктрина фашизма», и «Капитал», и «Велесова книга» и т. д. и т. п.

Существует два метода, посредством которых властолюбивые и амбициозные люди могут удерживать любое по численности население в состоянии упорядоченного подчинения. Первый и наиболее достойный метод — с помощью непобедимой и хорошо натренированной армии, всегда готовой к бою, готовой по первому слову с телеграфа засунуть закон в дуло пушки и стереть в порошок любую представляющую опасность оппозицию.
Второй, более дешёвый метод состоит в прививании тем, кого предполагается эксплуатировать, некоего ядовитого политического снотворного, предрассудка или теории; чего-то, что действует исподволь, подкожно, делая их трудолюбивыми, мягкими и сговорчивыми.