Древние города

Время меняет всё вокруг. Разрушаются старые храмы и древние здания, исчезают с лица земли города, превращаются в развалины мосты и башни. Стареют и умирают люди, совершенно беззащитные перед временем.

- Все умирают от войны. Никто не побеждает. Не бывает победителей в войне, - прошептала Мэй, чувствуя, как леденеют губы и переворачивается небо.

Война - словно река, несущая к водопаду всё быстрее и быстрее. Одно тянет за собой другое. Один бой обязательно приводит к другому, более яростному и более кровавому.

И вот теперь легенды стали реальностью, настолько близкой, что можно было дотронуться рукой до легендарного дракона. Но от первичной красоты древних сказаний не осталось и следа, всё стало буднично просто и жестоко.

Люк верил, что планета обладает живой душой. Почему бы и нет? Настоящая Мать существовала, она была реальной, живой и прекрасной.
И жизнь, которую она рождала, тоже была прекрасной.
Только почему-то жестокой.

У нас не было выхода. Мы не можем не воевать. Не можем не убивать, пока убивают нас самих. Люди существуют только в стадии войны, другого существования мы не знаем.

Где-то внизу, за завесой дыма голосила женщина, оплакивающая своих родных. Её плач долетал еле слышно, но всё равно рвал душу и вызывал смятение.

Какая разница теперь, кто первый начал? Смерть пришла ко всем - и к Всадникам, и к Городским. Теперь Первый Город прекратит своё существование, как и племя Вурногов. Людей на планете Эльси стало ещё меньше, а пустых земель больше.

Люк тут же оказался рядом, устало хмыкнул, но ничего не ответил. Он просто был на стороне Мэй, он её поддерживал - и это было главным.

Мать-Земля принимала своих детей, навсегда ушедших из этого мира. Принимала в себя с горькой готовностью и молчаливым смирением. Она давала жизнь, а люди обращали жизнь в смерть. И возвращали эту смерть ей.
Почему?
Почему люди не могут по-другому? Что с ними не так?

Она посидит всего лишь пять минут. Пять минут покоя - и жизнь может продолжаться.

Что случилось с людьми, если они предпочитают убивать, вместо того, чтобы создавать?

- Прости, Мэй. Прости, пожалуйста...
Мэй не отвечала но тут и не было ответа. Что она могла сказать? Разве словами вернёшь умерших?

• Ты меня тоже прости, Люк. Это же наши... Это всё сделали наши...
• А до этого нападали мы. Правых нет, все виноваты...

"Смертельная опасность" поглощает всё живое на планете Эльси. И людей поглощает тоже. Люди сами становятся "Смертельной Опасностью" и несут гибель друг другу. Люди становятся вирусом. Страшным, опасным вирусом злости и ярости, не имеющим жалости, не имеющим милосердия.

- Иногда не остаётся выбора. Убиваешь и после привыкаешь к смерти. Нажимаешь на "пуск" и не думаешь ни о чём. Смерть становится частью жизни.

• Потому что перестаёшь ценить жизнь врага. Тебе кажется, что точно знаешь, кто может жить, а кто нет. Что твои действия оправданны. Что война того стоит. И потому стреляешь, стреляешь, стреляешь... и не можешь остановиться.

Красный свет расплескается по Камлюкам, напоминая о кровавом прошлом, о погибших и выживших. О бренности бытия, о коротком сроке, что отпущен людям. О том, что лучшие годы можно потратить на убийство и смерть, о том, что лучше рожать детей и любить, чем убивать и терять.

Из маленького вырастает большое. Это принцип Настоящей Земли. Всё начинается с маленького, с семени, с точки во Вселенной. И мы тоже точки, и с нас тоже может начаться что-то большое.

Мы привозим на них воду, траву, фрукты, всё что необходимо

Второй дракон - это возможность лучше обеспечить семью, это достаток и сытость

-Чтобы твои младшие братья летали на нём? Мой отец никогда на такое не согласиться.
-Нет, дракону нужно время чтобы подрасти. Года два или три.