Народ, или Когда-то мы были дельфинами

«Величайшие учёные мира преподавали на этом острове, поколение за поколением, — подумал старик, готовя себе чай, — а наши дети до сих пор спрашивают, бывают ли на свете привидения. Какое мастерское произведение — человек…»

Вселенная не планетарий. Она работает не только во время сеансов!

"Он меня боится, - понял Мау. - Я его не бил, даже не замахнулся. Только попытался заставить его думать по-другому, и теперь он боится. Боится мыслей. Это магия".

Даже наши страхи придают нам какую-то важность, потому что мы боимся быть незначительными.

А во что я на самом деле верю? - подумал он. - Во что я верю? Мир существует, так что, может быть, и Имо тоже существует. Но он далеко, и ему все равно, что существует Локаха. Это точно. Ветер дует, огонь жжет, вода течет для добрых и злых, для правых и неправых. Зачем людям боги? Нам нужны люди. Вот во что я верю. Без других людей мы ничто. И еще я знаю: я так устал, что даже в памяти не вмещается.

Но нет, бабушка утверждала, что настоящая леди не должна поднимать ничего тяжелее зонтика, и, уж конечно, нога её не должна ступать в кухню — за исключением случаев, когда нужно изготовить «экономичный благотворительный суп для достойных бедняков», а бабушка считала, что достойных бедняков не так уж и много.

Врешь! Тебе нужна особая правда. Такая, которая тебе понравится. Маленькая хорошенькая правдочка, подходящая к тому, во что ты уже веришь!

Может быть, они раньше и думали по-настоящему, но мысли стёрлись от частого использования?

Это планета, папа. С края света или на край света, зависит только от точки зрения.

Мау заглядывал в себя и находил вопросы, на которые, кажется, не было ответа, кроме "потому", а "потому" - это ведь и не ответ вовсе.

Иногда человек смеётся, потому что в душе больше нет места для слёз.

Если мой горизонт ещё хоть чуточку расширится, его придётся складывать вдвое.

Что толку быть принцессой, если при этом нельзя перебивать короля?

некоторые люди готовы врать как угодно, лишь бы тебя напугать.

Людям нужно, чтобы ничего особенного не происходило.

Дафна лежала в темноте, обмотав голову полотенцем. В трюме разбитого корабля было душно и сыро и воняло. Но ей приходилось соблюдать приличия. Бабушка всегда настаивала на соблюдении приличий. Она специально искала приличия, чтобы их соблюсти, а если не находила, то придумывала новые и соблюдала их.

Мау открыл рот, чтобы ответить, и обнаружил, что слов слишком много — они застряли. Пришлось ждать, пока в них не показался просвет.

Они посидели молча — такое молчание бывает, когда мысли окончательно перепутались и не могут стать словами.

что до детей, то, поучаствовав в рождении Путеводной Звезды, Дафна решила: если ей когда-нибудь вздумается завести детей, она найдёт где-нибудь готовых.

Что полагается делать с девчонками? Мальчикам следует держаться от них подальше, но он слыхал, что мужчины получают на этот счет другие инструкции.