Цитаты из книги Наказанные народы

острые конфликтные ситуации на национальной почве, систематические идеологические кампании, призванные то оправдать завоевательные войны царской России, то доказать неправомерность и реакционность национально-освободительных движений окраинных народов, то шумные походы против национальных эпосов, т. е. фактически против их культурного наследия, то взрывы антисемитизма, отражают крайне слабую «обратную связь» между народами и Государством.

Реабилитация крымских татар затянулась еще больше. Указ Президиума Верховного Совета СССР о снятии «огульных обвинений в отношении всех граждан татарской национальности, проживавших в Крыму», последовал лишь 5 сентября 1967 года, т. е. спустя 23 года после насильственного выселения татар из Крыма.

Комендант селения Каракундуз Джамбульской области Казахской ССР арестовал во время свадьбы невесту, гражданку Шеваеву Кенетат Харуновну за то, что она вышла замуж за гражданина Эльбаева Ануара Месостовича без его, коменданта, ведома.

...ни один народ не может и не должен расплачиваться за преступления своих отдельных представителей или даже за преступления группового характера. С точки зрения права, суверенность народа, являющегося источником власти, снимает всякую возможность обвинения его в измене.

Возвратившиеся из депортации ингуши выразили готовность откупить принадлежавшие им до их выселения дома у новых владельцев, но осетинские власти предложили местному населению ингушам домов не продавать. По отношению к ингушам применялась дискриминация при приеме на работу, в учебные заведения.

Спецпереселенцы утратили не только свой кров и имущество, но и основные гражданские права, гарантированные Конституцией СССР. Их лишили также права на образование. Они не имели возможности читать, издавать и получать литературу и периодическую печать на своем родном языке. Их духовная жизнь замерла.

Операция осуществлялась войсками НКВД, т. е. внутренними, конвойными и пограничными. Во время войны, несмотря на колоссальные потери и острую нужду в людях на фронте, в тылу находилось немало войск особого назначения.

С полным основанием можно рассматривать депортацию 1943–1944 годов и как составную часть внешней политики СССР: едва окончилась война, как от Турции было потребовано возвращения Карса, Ардагана и др. земель, отошедших к ней после первой мировой войны. На случай вооруженного конфликта приграничная зона уже была очищена от «неблагонадежных» мусульманских народов Кавказа и Крыма.

Для перевозки к местам нового поселения народов Северного Кавказа и Крыма потребовалось 40.200 вагонов. Не надо быть военным специалистом, чтобы представить себе масштабы операции «Депортация» и понять, что означало в условиях войны осени 1943 и первой половины 1944 года отрыв такого огромного количества транспорта от нужд военных перевозок и как это отразилось на ходе боевых операций.

Правительство и обком Калмыкии пытались обратить внимание военных советов Северо-Кавказского и Сталинградского военных округов, что дорога на Элисту и Астрахань открыта для врага. В военные округа были посланы секретари обкома ВКП (б). Устные и телефонные просьбы дать оружие, вооружить коммунистов, беспартийный актив, местные истребительные отряды наталкивались неизменно на отказ. У военного командования не было резервов оружия.