Караваль

– Ты в самом деле так думаешь? – хрипло ответил Хулиан. – Полагаешь, я стал бы злить твоего отца, подвергая тебя такой опасности, лишь потому что приревновал?
Он рассмеялся, как будто такое предположение было в высшей степени нелепым.
– Ты лжец!
Губы Хулиана вытянулись в резкую прямую линию.
– Я тебя предупреждал.
– Нет, – отрезала Скарлетт, – ты лжешь сам себе. Ты хватаешь меня всякий раз, когда боишься, что я ускользну, но отталкиваешь, стоит мне только подойти слишком близко.
– Я оттолкнул тебя всего однажды. – Хулиан придвинулся поближе. Его голос зазвучал тверже. – Не спорю, я ревновал, но ревность была не единственной причиной.
– Тогда объясни, в чем дело

– Да, но вся выгода почему-то достается тебе, а не мне.
– Я бы так не сказал. Ты, видно, забыла: если бы не я, тебя бы здесь сейчас не было.
– Могу сказать то же самое в твой адрес, – возразила Скарлетт. – Вчера я спасла тебя от выбывания из игры, а ты присвоил себе нашу комнату.
– Ты тоже могла там спать, – ответил Хулиан, теребя верхнюю пуговицу рубашки.
Скарлетт нахмурилась:
– Нет, не могла!
– Хорошо! – Он поднял руки, словно сдаваясь. – Отныне мы равноправные партнеры. Я стану по-прежнему рассказывать тебе об игре. Мы будем обмениваться тем, что увидим или услышим, а спать в нашей комнате станем по очереди. В твои дни я обещаю в спальню не входить, ну а ты можешь присоединяться ко мне, когда пожелаешь.
– Мерзавец! – пробормотала Скарлетт.
– Подумаешь! Слыхал я в свой адрес оскорбления и похуже. А теперь покажи, что там у тебя в руках