Рейдер

Почему подчиненные прозвали Марину Львовну стервой, водитель сегодня понял очень хорошо. Хватило часа. Возможно, если бы машина двигалась, а не стояла, он бы и не познакомился с этой стороной Рогозиной, но приказ начальника СБ был законом: «Стоять и ждать – значит, стоять и ждать».
Вот бы еще Марина Львовна это понимала…

• Не Павлов тебе платит деньги, а я! - Женская ладонь со звонким хлопком опустилась на кожаную обивку сиденья. Если бы это была пощечина, синяк получился бы на пол-лица.
• Простите, Марина Львовна, - в двадцатый или тридцатый раз повторил водитель.
• Да не нужно мне твое «простите»! - вспылила пассажирка. - Просто открой эти чертовы двери!
• Не могу, Марина Львовна. - Парень повернул голову. Рядом, загораживая путь со съезда, стояла машина такси. Ее Рогозина вызвала через пять минут после того, как они здесь остановились. В кои то веки такси приехало быстро, и теперь оба водителя стали заложниками ситуации.
• Меня даже не нужно никуда везти. Просто выпусти!
• Извините. Не могу, к сожалению.

• Проклятие… - простонала Рогозина. - Ты уволен. Все. Приказ Павлова не действует. Открывай сейчас же.

• Простите, Марина Львовна, - чувствуя себя полным идиотом, повторил водитель. - Не имею права выпускать.
• Послушай, Виктор, - Рогозина неожиданно перешла на «ты». - Ты ведь понимаешь, что когда это все закончится, тебе и Павлову мало не покажется?
• Понимаю, Марина Львовна.
• Так зачем рисковать собой? - похлопала она водителя по плечу.

Благополучно выдав младшую дочь за сына известного дипломата, Рогозин грезил о такой же участи для старшенькой. Он спал и видел, как отдаст ее в жены и наконец станет дедом, потому с карьеризмом дочери не смирялся и боролся единственным доступным образом: “Работа, ответственность и еще раз работа”. Рогозин упрямо пер к своей мечте, он делал все, чтобы дочь взмолилась о пощаде и ушла. Марине приходилось несладко. Чтобы отстоять свое право заниматься любимым делом, порой приходилось идти против инстинкта самосохранения.

- Стратегию всегда диктует противник. Только он.

• А тактику?
• Тактика… Она, как почерк, у каждого своя. - Собеседник окинул ее откровенным взглядом с головы до ног. - С одними достаточно поднять паруса, - небрежно расстегнул единственную пуговицу на своем пиджаке и засунул правую руку в карман брюк, - а с другими нужно идти ва-банк.
• Ва-банк, значит? - Марина и не собиралась улыбаться, но после такого красноречивого намека, губы сами расползлись в улыбку. Против бронебойной прямоты незнакомца невозможно было устоять.
• Но ведь я избрал правильную тактику? - разговор окончательно перетек в другое русло.
• Меня зовут Марина, - Рогозина выкинула белый флаг. - И это ответ.

• Приятно познакомиться, Аарон Берг.
• Вы немец? Ээ… Нет. Еврей?
• Да. Желаете убедиться? - Хитро ухмыльнувшись, Берг стрельнул глазами пониже пряжки на своих брюках.
• А вы мастер бить сразу из всех орудий, - смеясь, восхитилась Марина.
• Понимаете… Все ради победы.

- Был занят делами.
Какими именно, босс не уточнил, но Анна настолько давно с ним работала, что в некоторых ответах не нуждалась. Бодр, кофе не требует, глаза горят – значит, дела были женского рода и проходили в горизонтальной плоскости.

• Делам понравилось черное постельное белье? – как бы между делом, передавая папку с бумагами, поинтересовалась Анна.
• Эх, какая досада – не успел спросить!

• Я с ног сбилась, пока его нашла.
• Не сомневаюсь. Горничная теперь считает, что я извращенец.
• В полку знающих о тебе правду прибыло.