Цитаты из книги Месть Аники дес Аблес

Чем больше ты о ком-то думаешь, тем больше ты к нему привязываешься, это работает всегда, и если раньше меня защищала ненависть, то теперь остался лишь страх. Надолго ли его хватит?

Мне становится не то чтобы сильно жалко его, но как-то неприятно, что я присутствую при чьём-то унижении.

Что? Человеколюбие и прощение? Нет, не слышала.

Я чувствую себя как на льду. На тонком, осеннем льду. Который весь вокруг в трещинах, и стоит отступить в стороны – сразу провалишься. И при этом я ещё и скольжу. Неотвратимо и всё быстрее, по направлению к омуту, из которого уже не выбраться.

Если хочешь оставаться в живых, о тебе должны знать как можно меньше. И, желательно, недооценивать на два-три порядка. Один – это минимум. Тебя должны недооценивать, а сама ты должна наоборот – знать как можно больше и оценивать адекватно. Лучше даже польстить своему врагу и переоценить, чем недооценить.

– Уделите мне полчаса, графиня?

Конечно, я уделю. Я бы уделила тебе всю жизнь, Ашш, если бы тебе и в самом деле это было нужно!

Смотри, Ика, – говорю я себе. Смотри и запоминай, чтобы не зазнаться, чтобы не забыть, подобно слугам местного графа, что ты – самый обычный человек, и то, что тебе выпало провести сколько-то дней или даже и месяцев с кем-то из сильных мира сего – ни на секунду не делает тебя им равной.

Воистину, надо как-то выходить из этого состояния зациклинности и уязвимости, в котором я чувствую себя то королевой мира, когда Ашш на меня вот так смотрит, как сейчас, то самой ненужной и брошенной на свете, стоит мне напомнить себе, что никто никому ничего не должен, и мои чувства – лишь моя проблема и моя же ответственность.

И теперь у меня ощущение, словно кто-то пригласил меня на ужин, а я заявилась туда в свадебном платье и со священником. Так же неуместно и избыточно.

Стоит ли рискнуть и попросить мне? Помочь очень хочется, но где же та грань, когда собственные усилия и планы начинают цениться куда выше, чем целая чужая жизнь? Какова вероятность того, что, попросив за одного из заговорщиков, я отправлюсь вслед за ним в тюрьму и на костёр? Невелика. Я верю, что невелика. Тогда что меня удерживает? Неверие в успех? Боязнь как-то себя дискредитировать? Или обычная трусость? Ведь выползать из укрытия всегда сложно…

Потом я как-то свыклась с мыслью, что доброй феи и даже просто доброй тёти в моей жизни никогда больше не будет, все свои проблемы я должна решать сама, и потребность немедленно с кем-то подружиться сильно поутихла. Особенно после того, как я осознала, что, возможно, кого-то из моих сокурсников мне придётся убить, добираясь до своей цели.

Вот тебе, Аника, яркая жизнь, ярче и волнительнее просто некуда, разве что тебе самой кто нож к горлу приставит. Наслаждайся. Кушай полной ложкой и не смей зажмуриваться и отворачиваться – Император не велел.

всем почему-то кажется, что запретные ритуалы запрещены просто так.

мучительный конец кажется мне привлекательнее, чем мучения без конца.

В своей картине мира и вообще в самом своем существовании человеку надо на что-то опираться.

Лучше мучительный конец, чем мучения без конца.

Эксклюзивность и верность — вовсе не то, на что рассчитывают дамы, вступая с Его Императорским Величеством в греховную связь. Ну, по крайней мере, умные дамы.