Прелестные картинки

Раз люди кончают самоубийством...значит, существует нечто, что хуже чем смерть. Поэтому-то и пробирает до костей, когда читаешь о самоубийстве: страшен не тощий труп, болтающийся на оконной решетке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого.

Думаешь, что тебе дорог мужчина, а на самом деле тебе дорого некое представление о себе, некая иллюзия свободы или неожиданности, миражи.

Современной женщине, женщине свободной, преуспевающей, - на хрен оно сдалось, сердце.

Молчание - подобие сообщничества: оно выражает согласие, слишком глубокое для слов.

«Вышел из моды», у вас эти слова с уст не сходят. Классический роман вышел из моды. Гуманизм вышел из моды. Но, защищая Бальзака и гуманизм, я, быть может, предвосхищаю завтрашнюю моду. Вы сейчас поносите абстрактное искусство. Значит, десять лет назад, когда я не клюнул на эту удочку, я вас опередил. Нет. Есть нечто неподвластное моде: ценности, истины.

Люди хотят нового - без риска, забавного - с гаранитией солидности, достоинств - по дешевке.

Воспитать ребенка не значит сделать из него прелестную картинку...

Жан-Шарль обожает книги, которые ни о чем не говорят. "Ты понимаешь, самое потрясающее у этих молодых писателей, что они пишут не для того, чтоб рассказать какую-нибудь историю: они пишут, чтобы писать, точно камни складывают в кучу, ради удовольствия".

Оказываешься на всю жизнь с кем-то в одной упряжке только потому, что в девятнадцать лет встретила именно его.
Существуют ли родственные души где-нибудь, кроме литературы?

«Какие варвары! — сказал папа. — Фотографируют, чтобы не смотреть».

Когда читаешь о самоубийстве, то страшен не тощий труп, болтающийся на оконной решетке, а то, что происходило в сердце за мгновение до этого.

- Работа? Ты думаешь, она мне что-нибудь дает? Раньше - да, потому что я стремилась чего-то добиться. Теперь добилась и спрашиваю себя: чего?

Ничто никого больше не удивляет. Скоро техника обретёт для нас естественность природы, и мы будем жить в абсолютно обесчеловеченном мире.

Я вспоминаю, какими бесчувственными мне казались взрослые, – мы столького не замечаем, то есть мы замечаем, конечно, но проходим мимо, потому что сознаём своё бессилие.

Люди хотят нового — без риска, забавного — с гарантией солидности, достоинств — по дешевке.

Как печально быть взрослым.

Раскритиковать можно все

— Ты не пьешь, не выходишь из себя, ни разу я не видел тебя плачущей, ты боишься утратить самоконтроль — это я и называю отказом от жизни.

Несешь в одиночку эту хрупкую конструкцию, собственную жизнь, а угрозам нет числа.