Цитаты из книги Я напишу тебе, крошка

– Может, женщин пригласить? В сто шестнадцатом едут профессиональные шлюхи. – Проститутки, что ли? – Да нет, я же говорю – профессиональные шлюхи. Стало быть, танцовщицы.

– Я пришел, дружище, чтобы избавить тебя от необходимости заходить к нам, – объяснил Эдди причину своего прихода.

– Да, в дрейф. Параметры дрейфа помните? – Пусть компьютер помнит, у меня голова не резиновая.

– На жалости, дорогая моя, далеко не уедешь. Если бы я постоянно кого-то жалел, у меня бы не было всего этого. – Доре обвел рукой стены, окружающую обстановку и даже саму Бэкки. – Финансовое могущество и жалость несовместимы.

Он знал Близнера уже полгода и все никак не мог разобраться в этом солдате: то ли он какой-то необыкновенный хитрец, то ли просто болван.

– Не бойся, парень. Я бы не стал тащить тебя в горы ради того, чтобы пристрелить. Я не настолько романтичен.

Сидевшие на броне спецназовцы смотрели на труп командующего безо всякого интереса. – Эх, скучно мы живем. Скучно… Крайтон, арестуй обоих и отправь в наше расположение… И, кто-нибудь, позовите фельдшера для командующего. – Вы думаете, ему еще можно помочь? – слезливо спросил Райх. – Нет, нам нужно заключение врача, что мы не ошибаемся. А то ведь всякое бывает.

Работать ему приходилось много, а в короткие часы досуга он предавался самым нехитрым развлечениям. Сегодня у него была брюнетка.

мужчина в тонком бежевом свитере и рядом с ним улыбающаяся крашеная блондинка, а чуть ниже смеющаяся физиономия ребенка – то ли девочки, то ли мальчика. Клаус не очень в них разбирался. Маленькие дети были для него словно кошки – все пушистые и все одинаковые.

– Хромобацилусы? – Во-во! Бацилусы! Прыгают вокруг – сначала один прилетел, а потом еще два и еще три. Короче, восемь штук. – Один плюс два и плюс три, это шесть, Билдер. – Ну да, где-то так: шесть-восемь.

– Падалыцик. Хромобацилус бутус. Отличается удивительной интуицией, начинает преследовать свою будущую добычу задолго до ее гибели… Сообщив это ошарашенным коллегам, Хьюго снова накрылся шляпой, однако через мгновение отбросил ее в сторону и резко сел. – Эй, а что эта сволочь здесь делает? – строго спросил он Лервика. – Я не знаю, – растерянно пожал плечами ассистент.

– И вот она начинает раздеваться, а я раньше голую разве что свинью видел. У нас еще коза была, но она же в шерсти и, значит, не голая…

– Ноэль, ты о чем-нибудь, кроме выпивки, думаешь? – поинтересовался кто-то из солдат взвода. Абрахаме мгновение стоял, наморщив лоб, затем отрицательно покачал головой: – Нет. Только о выпивке и думаю. Или о закуске, но это когда выпивка уже есть.

– Эх, пожрать бы чего, – обронил Казимир и, отвечая на обращенные к нему взгляды, пояснил: – Это у меня нервное. Правда. Я однажды любимую девушку на суп с клецками променял…

– На лице Ломбарда появилась ухмылка, которую он подсмотрел у одного бывалого стрелка

Он был не особенно умен, зато на всем Восточном фронте не нашлось бы офицера, на котором мундир сидел бы лучше.

– Чудесно, уроды вы мои нестандартные. – Генерал саркастически улыбнулся.

Лео Джордж был полноватым лысеющим субъектом, находившимся в той возрастной поре, когда уже не каждый назовет тебя «молодым человеком», однако и до «старого пердуна» еще достаточно далеко.

– Войне нужны люди, – философски изрек Ломбард. – Она ими питается.