Цитаты из книги Gone with the Wind

она может изощриться и преодолеть все тяготы, она может, благодаря своему упорству, разрешить проблемы, к которым ее никак не подготовила жизнь, но сколько бы она ни трудилась, какие бы жертвы ни приносила, какую бы ни проявляла изобретательность, то немногое, что она сумеет наскрести столь дорогой ценой, могут в любую минуту отобрать

Быть милым - самое любимое моё занятие.

Война — мужское занятие, а не женское.

Неизвестность страшнее всего.

Существовали установленные правила игры, и если неукоснительно следовать им, успех обеспечен.

Их прежний неспешный, праздный мир был перевернут вверх тормашками, и все уговоры, мольбы, молитвы были бессильны перед грозными силами, все сметавшими на своем пути.

Любовь подсказала ему, что для девушки достаточно быть красивой, доброй и обаятельной, а образованность может только нанести ущерб ее чарам.

Да, я знаю, что есть ад, но только на земле. А не после смерти. После смерти ничего нет, Скарлетт. Вы сейчас живёте в аду.

Если это бремя досталось тебе значит оно тебе по плечу

О том, что будет завтра, я подумаю завтра.

Ты так жестока по отношению к тем, кто тебя любит, Скарлетт. Вы берете их любовь и держите ее над их головами, как кнут

Тебе когда-нибудь приходило в голову, что я люблю тебя так сильно, как мужчина может любить женщину? Любил тебя годами, прежде чем я наконец получил тебя?

Он всего лишь джентльмен, попавший в мир, которому он не принадлежит, пытающийся извлечь из него пользу по правилам ушедшего мира

"Удобно иметь разрешение первой жены, не так ли?"

Нет, я не думаю, что буду целовать тебя, хотя тебе очень нужны поцелуи. Вот что с тобой не так. Тебя следует целовать и часто, и кто знает как.

"Скарлетт О'Хара: Ради всего святого, Ретт, скажи ей, насколько он непригоден и насколько грязным он станет.
Ретт Батлер: О, пусть ей будет синий бархат. Если он испачкается, мы сделаем ей еще одну ».

«Важно то, что все знают, что я работал над этим, и что я потратил на это деньги, и это будет помнить в пользу Бонни в ближайшие годы».

Моя дорогая, когда я когда-нибудь пытался тебя успокоить?

Я никогда раньше не знал никого, кто был бы действительно хорош. Вы бы мне не поверили, не так ли?