Ilus mõrd

«Не влюбляйся в ту, которая прежде всего будет ставить свои интересы. Влюбись в ту сильную личность, которая будет жить так же бесстрашно, как делаешь это ты. Найди ту единственную, которая заставит тебя хотеть быть лучше, чем ты есть».

«Найди женщину под стать себе. Не вздумай связаться с какой-нибудь клушей, которая принесет тебе в жертву все свои интересы. Нет, сынок: твоя подруга должна быть жадной до жизни, как и ты сам; она должна вдохновлять тебя на свершения, а не тянуть к земле».

– Чем дольше терпишь, тем потом слаще.

Оперативность – лучший способ для мужчины стать счастливым.

– А, мистер Райан, – протянула Хлоя, глядя на меня поверх очков. За ее спиной в панорамном окне сиял огнями Чикаго. – Пришли поведать мне, как отрастить член, без которого я с этим проектом не справлюсь?

Порой отступление – это мудрый тактический маневр.

Нельзя допускать, чтобы самый крупный клиент догадался, насколько мелки остальные клиенты.

– Что здесь происходит? – в праведном гневе вскричал папа.
В следующую секунду все смешалось в постели – руки, ноги, одеяло, простыня… Из коридора донеслось что-то насчет папочкиной девочки, которая занимается сексом в папочкином же доме, и признаков приближающегося инфаркта.

– Я прикидывал, не подсыпать ли тебе снотворного и не протащить ли тебя в самолет на плече, словно куль. Побоялся, что на таможне проблемы возникнут.

Беннетт на своих длинных ногах в секунду очутился возле рабочего стола и шлепнул два хрустящих белых конверта прямо на стопку отчетов по маркетингу. Я посмотрела сначала на конверты, потом снова на Беннетта.
– Ситуация до боли знакомая. Интересно, кто из нас двоих сейчас хлопнет дверью и выскочит на лестницу, а, Беннетт?
Он закатил глаза.
– Открой конверт, Хлоя.
– И вам доброго утра, мистер Райан.
– Хлоя, не будь занозой в заднице.
– Потому что это – твоя прерогатива, да?

Раз ты своего счастья не видишь, может, оно и не твое вовсе.

– Давай не будем заострять на этом внимание, – добавила Хлоя.
– Как же не заострять? Не каждый день видишь насмерть перепуганную Хлою Миллс. Дай моментом насладиться.
– Пошел ты знаешь куда?
– Догадываюсь. И с удовольствием пойду.

– Я тоже принимала как должное то, что мы с тобой видимся каждый день. Правда, не меньше двадцати семи раз мне хотелось тебя отравить…
– Взаимно, – усмехнулся Беннетт. – А сколько раз я тебя мысленно из окна вышвыривал – и не сосчитать.

– Ничего себе! Ты молчишь! – Беннетт даже брови вскинул от изумления. – Эх, жаль, я раньше не знал, как тебя молчать заставить. Оказывается, волшебное слово – «задница»! Скольких неприятных моментов можно было бы избежать…

– Может, у нас есть хоть полчасика? – Я кивнул на кошмарную, как лосиное чучело, кушетку. – Мне бы и пары минут хватило…
Хлоя только усмехнулась.
– А вот это лучше не афишировать, Беннетт.

Моя подруга так остра на язык, что я разрываюсь между желанием заклеить ей рот скотчем – и целовать ее взасос.

— И ты меня сегодня перед уходом не поцеловал.

— Нет, поцеловал. Просто ты слишком крепко спала.

— Значит, поцелуй не считается.

Когда мы были наедине, она была — абсолютно — самой экспрессивной женщиной, которую я когда-либо знал. Но в то время как я нередко говорил ей о том, что чувствовал, я мог посчитать на двух руках то количество раз, когда она, на самом деле, произносила слова «Я люблю тебя». Я не принуждал ее говорить это часто, но каждый раз, когда она это делала, это трогало меня глубже, чем я ожидал.

– Чем дольше терпишь, тем потом слаще.