Пока Рина строчила, Вовчик терпеливо топтался с ней рядом. Потом, о чем-то вспомнив, достал телефон и позвонил Оксе. Продолжая писать, Рина слышала, как Вовчик сурово спросил:
– Когда ты будешь?
– Я совсем близко, – уклончиво отозвалась Окса.
– Я не спрашиваю, близко ты или далеко. Я спрашиваю: когда ты будешь?
– Я в двух шагах.
– В двух шагах от меня дерево! Ты что, на дереве?
– Нет. Я в электричке.
– А почему не слышно, как она стучит?
– Ну я почти в электричке!
– И когда ты будешь?
– Да я уже еду! Говорят тебе!
– Сосредоточься на вопросе. К-О-Г-Д-А? Ответ должен содержать время!
– Ну через час, – сказала Окса.
Вовчик вздохнул. Час в понимании Оксы – это было четыре часа нормального человеческого времени. Вовчик посмотрел на пишущую Рину и, усмехнувшись, поднес трубку к ней поближе, чтобы Окса успела услышать ее бормотание. И Окса услышала.
– Кто рядом с тобой? – сразу среагировала она.
– Я один! – сказал Вовчик.
– Я слышала женский голос!
– Тебе показалось… Прости – плохая связь! Телефон почти разряжен!
Вовчик повесил трубку. Окса перезвонила еще раза четыре, потом еще четыре и еще, но он не снял.
– Вот теперь она точно не будет нигде задерживаться! – довольно сказал Вовчик, созерцая в телефоне количество пропущенных вызовов, которых было уже больше десятка.
– Сними трубку! – потребовала Рина.
– Ни в коем случае! Сейчас нельзя снимать, – отказался Вовчик.
– Почему?
– Потому что она звонит, чтобы со мной насмерть поругаться. Без звонка же у нее ничего не получится! Нужен, понимаешь, факт ссоры, а тут его нет!
И Вовчик, очень довольный собой, направился к воротам.