Северный ветер гулял над морем. Свободный, вольный и шальной. Нет для него преград, нет невозможного, и нет дела до людишек, бороздящих морские просторы, суетящихся на своих драккарах, крикливых да лязгающих металлом. И как море их терпит?
А море переменчиво и бывает снисходительным. Оно может ласково лизать ступни или закружить в водовороте и утянуть на дно. А еще оно любит истории. Слышишь, как они рождаются? В шелесте гравия, в пенной дымке, в крике чаек.
Вот первая волна накатила, медленно и нехотя отступила. И в этом отступлении как ласково перекатывавшиеся камешки звучат мелодичные, мягкие и ласковые имена: Любомира, Долгождана, Зорянка, Весна.
А ветер подхватил и швырнул вместе со второй набежавшей волной раскатистое чужеродное Хьяррррр. И затерялись имена, рассыпались буквы, чтобы сложиться в новые Йорунн, Фрейдис, Сванвид, Гудрун. И горит пламенем прежняя жизнь, и нет возврата на родную словенскую землю.
И бьются волны о борт драккара с пленницами на борту. Но море шепчет - не гневи богов, недаром они надели женщин мудростью, стань хозяином своей судьбы. Пленница на корабле может стать хозяйкой в доме и хранительницей очага. Суровые воины, северяне, разбойные викинги страшны в бою, но каждому из них хочется вернуться в свой дом, к ждущей его жене, к теплому очагу. Обнять родного человека и забыть о сражениях, смерти, крови, потерях.
А море смеется и бросает новую волну. Боги? Боги коварны и не любят, чтобы их зря беспокоили. А люди "глухи и слепы". Что ж ты, вождь, предателя-то не заметил? И наносит подлый удар в спину притворяющийся другом, и летит смертоносное копье, и гибнут воины, и на щите несут смерть, и льются горькие слезы, и от злости и зависти дела творятся бесчестные.
Но новый день несет новую волну. И море затихает, наблюдает, как рождается обережная вышивка в умелых руках, ложится золотым узором на алый; прислушивается: как мать поет колыбельную сыну, как жена на коленях возносит молитву, как ведунья шепчет заговоры. И несутся слова искренние, наполненные любовью и нежностью, силой и верой. И нет им преград.
Омывало море берега Стейнхейма, наблюдало, ждало, сколько люди смогут выживать на этих бесплодных землях, когда разумные мысли посетят хоть чью-то светлую головушку. А, может, помочь, да сновидения наслать? А там духи камней и пещер справятся.
Волна накатывает и отступает. И обещает вернуться. И рассказать. У нее в запасе еще много историй. А эта убаюкивает своей напевностью, очаровывает разворачивающейся панорамой событий, привораживает необыкновенными героями, поражает проделанной работой и вниманием к деталям. Несмотря на гуляющие здесь холодные северные ветра, в эту историю хочется закутаться, как в пуховое одеяло. И не выныривать из него, пока последние слова древнего заговора не будут сказаны, и Смерть не отступит.
«В мире людей властвуют две всемогущие силы. Знаешь, какие? Любовь и Страх.» Не бояться - глупо. Но пусть Страх будет лишь подспорьем, голосом Разума, не перевешивает, не заглушает и не затеняет, чтобы Любовь горела, и ее светом согревались сердца.