Могильщик кукол

Человек — всегда человек, и пустая голова причинит вдвое меньше вреда, чем иная с умными мозгами.

«Маленькие детки — маленькие бедки. Большие детки — большие бедки».

достается чаще тому, кто совсем ни при чем.

По-своему она питала к Бену симпатию. В ее глазах душевнобольной мальчик не был таким фальшивым и хитрым, лживым и испорченным, как Альберт Крессманн, Дитер Клой или те дерзкие девчонки, которые в последнее время выставлялись напоказ на Бахштрассе. Однако Герта знала, что доверять Бену нельзя. Он был далеко не так безобиден, как уверяла всех Труда.

Герта Франкен рассказала, как однажды Вильгельм Альсен уселся у нее на кухне и стал со всей серьезностью предостерегать ее, чтобы она была осторожна и не болтала ничего наподобие того, что почему же никто не сделал доброе дело и не пристрелил во время Первой мировой ефрейтора Адольфа. Иначе с ней в конце концов может случиться то же, что со Штернами и Гольдхаймами.

Однако позли собаку — и получишь кусачего пса. Ударь ребенка — и получишь драчуна. Он был таким хорошим парнем. Понадеемся, что таким и останется. Что не надумает однажды сам ударить».

В деревне свои законы. Люди здесь крайне неохотно выставляют что-либо напоказ. Каждый знает, что за сор сосед заметает под ковер, и нередко сам помогает ему в этом деле. Затем похлопает его по плечу и скажет: «И забудем об этом!»

Для Бена больница стала более тяжелым наказанием, чем палка Бэрбель и время, проведенное в шахте.

Но раны, передающиеся по наследству, из поколения в поколение, оказываются весьма глубоки.

Даже у мужчины, который обычно приводит в качестве аргумента кулак, возникают ситуации, когда он боится. Собственную жену легко заставить замолчать с помощью кулака, но всех людей, задающих вопросы, не заткнешь.