Surmaga v?idu

- Не знаю, может, шанс и невелик, но я давно научился не отметать совпадения.

• Знаешь, что о совпадениях сказал Эйнштейн?
• Что-нибудь вроде того, что это визитные карточки Бога?
• Близко. Посредством совпадений Бог остается анонимным.

Бороться с преступностью — это все равно что лежать перед ледником и пытаться его остановить.

— Но вы же больше не с ним. Вы сами решили уйти от него, так?

— Я не думала, что он променяет меня на какую-то паршивку.

— А чего вы ожидали после девяти лет? Что он останется один до конца жизни?

Если повезет, впереди несколько лет свободы, а там… будь что будет — старику уже не о чем беспокоиться. Старость сама по себе тюрьма; какая разница, где провести последние годы — на воле или за решеткой? Там о тебе, по крайней мере, позаботятся.

Это был Уистен Хью Оден, и первые две строчки вдруг показались Рою весьма уместными.

Счастлив зайчонок с утра, потому что неведомы ему
Охотника бессонные мысли…

Старенький синий «мерседес» с тонированными задними окнами спускался, петляя, по испещренной рытвинами подъездной дорожке. Громко играла музыка. «Ода радости» в исполнении филармонического оркестра. Выбор босса. Босс любил всякую культурную муть вроде этой. Что-нибудь хоральное, возвышенное. Музыку, которая звучит так, словно тебя призывают боги. Такое вот дерьмо.

— Знаешь, что говорят про семейный бизнес? Слышал про правило трех поколений?
— И что говорят? — угрюмо проворчал Лукас, глядя на осколки разбившейся надежды.
— Первое поколение его строит. Второе — проматывает. Третье — спускает в трубу. Тебе удалось миновать промежуточную стадию. Поздравляю.

В таком возрасте не пора ли научиться самому себя обеспечивать, а не сидеть на шее у меня и жены? Или думаешь, что будешь убивать члена семьи каждый раз, когда тебе понадобятся деньги?

Если бы коррупция была олимпийским видом спорта, то у двух последних мэров города — оба сейчас за решеткой — кабинеты были бы увешаны золотыми медалями, а девяносто четыре сановника — тоже в тюрьме — купались бы в серебре и бронзе.

Этот район южного испанского побережья, официально именуемый во всех жизнерадостных туристических брошюрах как Коста-дель-Соль, был уже давно известен британской полиции под менее бодрящим названием — Коста-дель-Крайм.

Пару раз они покупали Марлону товарища. И каждый раз, пару дней спустя, поутру обнаруживали в аквариуме только одну рыбку — Марлона, выглядевшего чуточку толще и самодовольнее.