Цитаты из книги Второй пол

Когда женщина использует в качестве орудия и свою слабость, и свою силу, это не предумышленный расчет, не заранее согласованный с самой собой план: она действует спонтанно, ищет спасения на том пути, который ей предопределили, - на пути пассивности, и одновременно она активно требует для себя самостоятельности, независимости, власти и господства.

Женщины сами нередко путают карты. <...> Своим успехом у мужчин многие женщины пытаются доказать, что они стоят мужчин, и с этой же целью с помощью секса они добиваются мужской поддержки; они как бы играют на двух досках, требуя одновременно и поклонения себе, как в былые, древние времена, и нового отношения, простого человеческого уважения, делая ставку и на собственные чары, давнее испытанное средство, и на едва завоеванные права.

Идолопоклонническая любовь, любовь-самоотречение разрушительна, она занимает все мысли, не дает ни минуты покоя, она неотступна и деспотична. В случае профессиональных неудач женщина страстно ищет убежища в любви.

Зависимость, даже если она добровольная, ведет лишь к страху и порабощению.

Даже если женщинам доступна независимость, любовь сильнее манит большинство из них, потому что самой нести бремя своей жизни очень нелегко.

Если женщина состоялась в творчестве, то можно считать, что она не была полностью погружена в своей собственный культ. Однако есть один недостаток, который довлеет над творчеством многих писательниц; они недостаточно требовательны к себе, и это ограничивает и уменьшает их возможности, наносит ущерб их искренности.

Живопись, скульптура, литература - все это занятия, требующие серьезного обучения и большой работы в одиночестве. Многие женщины пробуют в них свои силы, но, если ими не движет позитивное желание творчества, они быстро бросают эти занятия. Кроме того, многие из тех, что упорствуют, лишь "играют" в труд.

Крайне самовлюбленная женщина не может достичь больших высот ни в искусстве, ни в любви, поскольку неспособна к самоотдаче.

Читаю они [скучающие, праздные женщины], будто раскладывают пасьянс; литература тогда обретает смысл и достоинство, когда она адресована целеустремленному человеку, помогает овладеть казавшимися недосягаемыми высотами. Литература должна быть частью общего движения человеческой трансцендентности; вместо этого женщина поглощает одну книгу за другой, одно произведение искусства за другим, ни то, ни другое не меняет ее имманентности, косного бытия.

Иголкой, спицей или крючком женщина печально ткет небытие своих дней. А акварельные краски, музицирование, чтение - у них та же роль; женщина праздная, без серьезного, своего, занятия, с помощью всего этого совсем не стремится расширить свое воздействие на мир, ей просто хочется разогнать скуку. <...> Праздная женщина начинает читать и откладывает книгу, садится за пианино, закрывает его и возвращается к рукоделию, зевает и в конце концов принимается за телефонные разговоры.

Можно говорить о трагедии женщины пожилого возраста: она не находит себе применения. <...> Дети выросли, муж достиг высокого положения или по крайней мере устроен, и дни потянулись бесконечные, смертельно скучные. "Дамские занятия" были выдуманы специально, чтобы развеять эту чудовищную праздность; руки вышивают, вяжут, двигаются; что получится в результате, совсем неважно, изделие вовсе не цель.

...женщина может подняться столь же высоко, как и мужчина, если удивительный случай предоставит ей равные с мужчиной возможности.

Народы, оставшиеся под властью богини–матери и сохранившие материнскую филиацию, тем самым остановились на стадии примитивной цивилизации. А дело в том, что женщина была почитаема в той мере, в какой мужчина пребывал рабом собственных страхов и потакал собственной беспомощности — ужас побуждал его поклоняться женщине, а вовсе не любовь.

Некоторые молодые женщины уже пытаются завоевать эту позитивную свободу, но не многие из них способны длительно и упорно учиться или заниматься какой-либо профессиональной деятельностью. чаще всего они понимают, что им придется пожертвовать своей работой ради карьеры мужа.

Брак драматичен не потому, что он не приносит женщине обещанного счастья - ведь счастье не может быть гарантировано, - а потому, что он калечит женщину, обрекая ее на однообразие и косность.

За неудачные браки ответственность несут не люди, а сам этот институт изначально порочен. Разговоры, что мужчина и женщина, которым даже не было позволено свободно сделать свой выбор, должны полностью удовлетворять друг друга в течение всей своей жизни, чудовищно гнусны и неизбежно приводят к лицемерию, лжи, вражде и несчастью.

Женская тирания является лишь проявлением ее зависимости. Женщине известно, что процветание семейной пары, ее будущее , ее счастье и смысл ее существования зависят от другого человека. И если она так яростно стремится подчинить этого человека своей воле, так это потому, что на нее смотрят как на его собственность. Свою слабость она превращает в силу, но то, что она слаба, - бесспорный факт.

Только между свободными и фактически равноправными супругами могут возникать отношения, основанные на верности и дружбе. До тех пор пока мужчина пользуется экономической независимостью, пока он по закону и по традиции находится в привилегированном положении просто потому, что он мужчина, он естественным образом будет нередко выступать как тиран и тем самым толкать женщину к бунту или к обману.

Женщина должна уметь мыслить и критиковать, она не может больше быть лишь чьим-то эхом. Навязывая женщине принципы и ценности, которые она не готова свободна принять сама, ее можно только унизить. Она может разделить идеи своего мужа лишь на основе собственнго независимого суждения и не должна ни одобрять, ни отвергать все то, что ей непонятно. Не может же она заимствовать у кого-то смысл жизни.