Кровь Олимпа

Не останавливайся. Не бездействуй. Не думай о плохих вещах. Улыбка и шутка — твои лучшие помощники, даже если у тебя нет настроения шутить. Особенно, если у тебя нет настроения шутить.

Перси поедал огромную гору синих оладий (откуда у него этот сдвиг на синей еде?), а Аннабет подшучивала над ним - дескать, он налил слишком много сиропа.

• Ты их утопишь! - смеялась она.
• Эй, я же дитя Посейдона, - оправдывался юноша. - Я не могу утонуть, значит, и оладьи у меня непотопляемые.

Джейсон усмехнулся. Любил он греков. Организации у них не было и в помине, зато упущенное они наверстывали с активным энтузиазмом.

- Атлантида? - спросил Джейсон.

• Это миф, - ответил Перси.
• Э-э... а разве мы не имеем дело с мифами?
• Нет, я имею в виду, что это выдуманный миф. А не настоящий.
• Так вот почему Аннабет - мозговой центр операции, верно?
• Заткнись, Грейс.

Кларисса согласно заворчала.
— Они даже украли мины, расположенные вокруг домика Ареса. Как вообще можно украсть работающие мины?

- Джейсон и Перси не должны идти вместе, - заявила Аннабет. - Юпитер и Посейдон - плохая комбинация. Ника легко заставит вас сражаться.
Перси мимолетно улыбнулся ей.

• Да уж, нам точно не нужно повторение того инциндента в Канзасе. А то я могу убить моего бро Джейсона.
• Или я могу убить моего бро Перси, - дружелюбно добавил Джейсон.

От некоторой боли нельзя отмахнуться. С ней нужно справиться, а иногда просто принять.

Победа должна быть настоящей, заслуженной. А значит — редкостной и труднодоступной, когда поражение является единственной другой возможностью.

— Мои герои, — произнесла богиня.
— Гера, — заключила Пайпер.
— Юнона, — поправил ее Джейсон.
— Неважно, — проворчала Аннабет. — Что вы здесь делаете, Ваше Бычье Величество?
Темные глаза Юноны опасно сверкнули:
— Аннабет Чейз. Как всегда очаровательна.

Перси и так был достаточно пугающим: призывал ураганы, сражался с пиратами, убивал гигантов в Колизее... а теперь, после всего произошедшего в Тартаре, он, казалось, достиг совершенно нового уровня мастерства в надирании вражеских задниц.

Она думала о словах Хейзел, доверенных ей несколько ночей назад: "Я думаю, Джейсон - основа всей схемы Геры. Он был ее первым ходом, он же станет и последним."

На Огигии его ждала супергорячая бессмертная девушка, а он сидел здесь, не в силах понять, как связать этот дурацкий кусок камня с трехтысячелетним навигационным устройством. Некоторые проблемы нельзя решить даже скотчем.

Родителей не выбирают. Однако свое наследие выбрать можно.

- Спасибо, чувак, - сказал Перси. - Ты спас мне жизнь.

• Для чего еще нужны друзья...
• Но, э-э, сын Юпитера, спасший сына Посейдона на дне океана... может, оставим детали между нами? А то от меня с этим никогда не отстанут.

— Страх нельзя обосновать логически. Как и ненависть. Это как любовь. Практически одинаковые эмоции. Именно поэтому Арес и Афродита так нравятся друг другу. Их сыновья-близнецы — Страх и Ужас — стали порождениями как войны, так и любви.

Я не убегаю, когда мои друзья нуждаются во мне, — сказал Перси.
В этом и заключается твой недостаток, — предупредила Ким. — Ты не умеешь отступать.

— Так... значит, не мир?
— Конечно, нет! Ты так же невыносим, как и Джейсон! Я тут пытаюсь негодовать по поводу того, какие вы все идеальные супергерои и т. д., и т. п. И вдруг ты... ни с того ни с сего начинаешь вести себя, как хороший парень. Как теперь, по-твоему, я должен тебя ненавидеть, если ты извиняешься и обещаешь помочь?
Перси слегка улыбнулся уголками губ.
— Прости.

Случайно повернув голову, он увидел, что ему кто то машет. Уилл Солас стоял на пороге домика Аполлона, на лице его застыло довольно мрачное выражение. Он указал на землю перед собой, как бы говоря :
«Ты. Сюда. Сейчас же».

Жаль, что Джейсон не металлический автоматон. Тогда Лео, по крайней мере, придумал бы, как помочь лучшему другу. Когда же дело касалось людей... Лео чувствовал себя беспомощным. Они слишком легко ломаются.

— Кровь Олимпа пролилась. Гея полностью пришла в сознание.
— Ой, да бросьте! — недовольно воскликнул Перси. — Из-за небольшого носового кровотечения я пробудил всю землю? Так нечестно!