Странный приятель

Начальство всегда должно сохранять спокойный и невозмутимый вид – это вызывает у подчиненных ощущение, что его командиры знают, что делают.

Хочешь добиться уважения – всегда сам берись за самую трудную и противную работу.

Не спешить, когда в этом нет необходимости. Но и не зевать, когда обстоятельства требуют незамедлительной реакции. В иных случаях подчас полезнее среагировать не совсем правильно, чем застыть в долгих раздумьях о том, в какую сторону сделать следующий шаг. Но даже тогда ни в коем случае нельзя суетиться, проявляя ненужную торопливость.

Единственный смысл в благородстве, я так считаю, – чтобы быть первым во всем. Вести за собой остальных и нести ответственность за тех, кто слабее или не столь хорошо обучен и развит, как ты. Так ведь благородные и появились, из среды вождей и первых воинов, тех, кто заслужил право повелевать другими не длинным списком своих предков, а доказав, что может позаботится не только о себе, но и об окружающих.

Почета достоин не тот, кто ни разу не выпадал из седла, а тот, кто, выпав, всегда садится в него снова!

Ты говорил, что у тебя практически нет врагов, которых бы ты мог искренне ненавидеть? Так вот, начинай собирать коллекцию! Чем больше у тебя будет врагов, назло которым ты готов жить, тем сильнее ты будешь становиться и тем больше появится у тебя стимулов преодолевать любые преграды на пути к победе. Копи врагов. Копи силу. И ты победишь!

– В ситуации, когда тебе все равно, на чью сторону вставать, надо вставать на сторону друзей.

В конце концов Ренки, уставший от всей этой возни, даже предположил, что его друг немножко страдает паранойей, в ответ на это Готор ответил, что он паранойей не страдает, а наслаждается. И что лучше выглядеть душевнобольным, чем мертвым.

Движение, движение и еще раз движение. Как только вы замираете на месте – вы мишень. Останавливаетесь – труп!

Ренки понадобилось вспомнить все уроки Готора, чтобы сохранить самообладание. Не психовать и никогда не оправдываться! Он даже досчитал до десяти прежде, чем ответить, сумев предварительно улыбнуться максимально любезно, хотя глаза его излучали жгучий холод.