Цитаты из книги Airport

Мел повернулся и стал смотреть вперёд — по направлению движения «Анаконды». Да, стихия разбушевалась вовсю. И всё-таки он любил здесь бывать, пожалуй, потому, что на поле, среди этого огромного пустого пространства, когда ты совсем один, чувствуешь себя как-то ближе к полёту — полёту настоящему, в простейшем смысле этого слова, когда человек вступает в борьбу со стихией. А когда слишком долго сидишь в аэропорту или в конторе авиакомпании, утрачиваешь это чувство — тебя захлёстывают вещи второстепенные, не имеющие к авиации отношения. Наверно, всем нам, авиационным чиновникам, подумал Мел, надо время от времени выходить на поле — встать в дальнем конце взлётно-посадочной полосы и почувствовать, как ветер сечёт лицо. Тогда легче нам будет отделить побочное от главного. Да и мозги проветрятся.

Фэрроу препирался с контролёром автостоянки, издёрганным и совершенно замученным жалобами, которые на протяжении последних часов поступали от владельцев машин, застрявших в снегу. «Да что же это такое, — говорили ему, — неужели ваши начальники в аэропорту не знают, что идёт снег? А если знают, так почему же, чёрт побери, никто не пошевелится и не разгребёт всю эту мерзость, чтобы люди могли вывести свою машину, когда им нужно! Или мы уже лишились своих демократических прав?» — Скажи им, что мы установили диктатуру!

-Ну и что дальше?

• Он спросил, какой там будет показывать фильм. Я выяснила, и тогда он сказал, что видел этот фильм. И снова стал мне грубить. Он желал смотреть тот фильм, который должны были показывать на отменённом рейсе. И спросил, могу ли я ему дать билет на такой рейс, где показывают этот фильм. А ведь у стойки толпилась уйма пассажиров. И кое-кто из них стал громко ворчать, что я-де еле шевелюсь. Ну и вот, когда он снова спросил меня насчёт фильма, тут я... - Девушка помолчала. - Очевидно, это называется - сорвалась.
• И швырнула ему в лицо расписание? - подсказала Таня.

• Да, сама не знаю, что на меня нашло, миссис Ливингстон... Я швырнула ему расписание через стойку. И сказала, пусть сам выбирает себе рейс.
• Надеюсь, - заметила Таня, ты попала в него.

• Конечно, попала. - И, словно что-то вспомнив, хихикнула: - Вы бы видели его физиономию! Он был потрясён. - Лицо её снова приняло серьёзное выражение. - А потом...
• Я знаю, что произошло потом. Ты разрыдалась, что вполне естественно. Затем тебя отправили сюда, чтобы дать выплакаться. Ну а теперь возьми такси и отправляйся домой.

• Вы хотите сказать... это всё?
• Конечно. А ты что, думала - тебя сейчас уволят?
• Я... я не знаю.
• Мы будем вынуждены тебя уволить, Пэтси, хоть нам это и очень неприятно, - заметила Таня, - если подобная история повторится. Но ты ведь больше не будешь, правда? Никогда?

• Нет, не буду. Не могу объяснить почему, но я твёрдо знаю, что во второй раз такого не сделаю.
• Тогда поставим на этом точку. Если, конечно, тебе не хочется узнать, что произошло после того, как тебя увели.
• Очень хочется.
• Один из стоявших в очереди подошёл к стойке и заявил, что всё слышал и видел. У него есть дочь такого же возраста, как ты, сказал он, и если бы кто-то разговаривал так с его дочерью, он бы собственноручно расквасил ему нос. Тогда другой человек из очереди - он оставил свою фамилию и адрес - сказал, что, если тот нахал на тебя пожалуется, пусть его известят и он засвидетельствует, как всё было на самом деле. - Таня улыбнулась. - Так что, как видишь, на свете есть и славные люди.