Две жизни

Двадцать дней не вел записей. Любил! Люблю и теперь, люблю больше, чем когда-либо.

Когда говорить не о чем, чай заменяет разговор.

Ошибки, они оплачиваются слишком дорогой ценой. Из-за них люди раньше времени устают, разочаровываются, начинается безверие.

«Сюлюкать» — это пить чай.

— Русские едут... Много... Совсем прогонят нас... К морю прогонят. У моря мох плохой, олени умрут.
Покенов никогда не жил у моря, но был твердо уверен, что там жить нельзя.

Нет, Мишка не собирался бежать. За то время, пока он побывал в тюрьме, вдосталь нагляделся на ворье. Ему были противны их повадки, блатной язык, густая, омерзительная матерщина. Они ничего не делали просто и естественно — всегда с ужимками, с какими-то вывертами. И говорили не просто, а с придыхом, скороговоркой. И всё у них было фальшиво. Они хвастались и не верили друг другу.

Он сидит на корме в трусах, читает книгу. Коля Николаевич как-то сказал: если Соснин читает книгу, то это значит, что делать ему совершенно нечего.

Сегодня выехал с Сосниным. Рыбалку он считает делом несерьёзным, придуманным для лентяев, но рыбу ест с удовольствием.