Жил когда-то в Аргентине человек по имени Адольфо Биой Касарес, который писал неинтересную философскую фантастику. Изобретение Мореля , читая "Фактор ноль", вспоминаешь в первую очередь. Издать такие тексты в одной серии с Лораном Ботти, Юханом Теорином и другими беллетристами было большой нелепостью, каким-то недосмотром со стороны издателя. Дантек здесь - фантаст в той же мере, что поздний Пелевин или Уэльбек. Слова последнего про величайшего фантаста современности заставили меня купить книгу, и оказалось, что это тот редкий случай, когда рекламная цитата, вынесенная на обложку, что-то значит. У Дантека с Уэльбеком есть какая-то связь, пересечение на уровне социальной позиции, эстетики, мыслеобразов. В "Факторе ноль" часто встречается дихотомия карта-территория и элементарные частицы - броуновское движение как метафора распространенного типа человеческих отношений. Дантек тоже не любит радикальный ислам.
Можно вспомнить еще Чака Паланика - благодаря обращению к психиатрической теме и шоковым развязкам. У Дантека - точнее его героев, которые наговаривают эти тексты от первого лица - похожая на Тайлера Дердена манера выражать мысль. Каждое предложение - вплоть до какого-нибудь Пойду пописать - звучит манифестом. Но в общем, Дантек - оригинальный писатель, со своим языком и со своей эстетикой. У него много цвета. Не цветов, а именно цвета: мир представлен комбинацией монохромных блоков, преимущественно черных и белых. Сочетание - в точности как на листах из пишущих машинок, о которых речь. Белый преобладает.
Триптих, изданный у нас под названием "Фактор ноль" (в оригинале "Артефакт: Пишущие машинки 1.0") включает тексты объема повести, но жанровому определению не поддающиеся. Формально (автор так решил) триптих - это роман, а не-повести - его главы. Число три неслучайно. Герой первого текста - названный (точнее, назвавшийся) отец, второго - научно-спродуцированный ментальный сын, третьго - несвятой дух. Дьявол. И этот субъект триедин - очевидно и парадоксально.
Все начинается начинается 11 сентября 2001 года, в Северной башне Торгового центра, из которой герой "Пишущих машинок 1.0" (так называется первая глава) за минуты до обрушения спасает девочку младшего школьного возраста. Герой - alien, инопланетянин. После спасения-похищения он неспешно - годы! - продвигается вместе с девочкой на крайний Канадский север. Это место контакта. Он хочет отправить девочку на Материнский корабль, на свою планету, чтобы спасти от катастрофы. Землю спасать он не может да и не хочет, кажется. Катастрофа - война всех против всех. 09/11 - нулевая точка. Потом будут Афганистан, Ирак, Сирия, понятное дело. Но бороться с экстремизмом такими средствами - это как убирать кучу дерьма погружным блендером. Все это понимают, но продолжают стараться. Текст довольно небрежно маскируется под научную фантастику. Действия в нем почти нет, научности - тоже. Одно философское созерцание.
Второй текст под названием "Артефакт" уже ни под что не маскируется. Это нормальный философский нарратив на тему онтологии субъекта. Не понял я намного больше, чем понял. В своей жизни мне удалось превозмочь несколько философских трактатов (прочитал я их намного больше), но философского романа я не понял ни разу. Читая "Чуму", я чувствовал себя посторонним. А из "Тошноты" запомнил только какашку дьявола. Третий текст - "Мир князя сего" - как раз про него - про дьявола. И про его брата. Пока дьявол в отпуске, брат выходит на землю и начинает мучить людей. Повествование идет от первого лица в форме набора так называемых коммюнике - а по сути, записей в блоге. Обо всех совершенных злодеяниях брат отчитывается на своем сайте, собирая огромную толпу посетителей. Жертвы-преступники идут одна за другой. Он ловит некоего человека, рассказывает, в чем он виноват, и подвергает долгим пыткам с летальным исходом. Потом переходит к другому преступнику и так далее. Где-то в середине текста герой меняет правила игры, и это бодрит, но ненадолго: спустя страниц тридцать все снова погружается в некое динамическое единообразие. Впечатление - как от притчи без морали. Ее заменяют десятки страниц нелегких философских суждений: почти исключительно на тему этики.
Говорят, что творчество Мориса Дантека делится на два этапа: читабельные романы (первые три) и нечитабельные. Шутят, что писатель сошел с ума. Мне не повезло начать чтение с нечитабельной вещи - причем не самой, кажется, лучшей. Я читал "Фактор ноль" долго, почти без удовольствия, разочаровавшись в книге уже к середине - но, что удивительно, не разочаровавшись при этом в авторе. Дантек кажется умным и талантливым писателем, который почему-то отказался писать нормально. По крайней мере, я хочу прочесть и Красную сирену (экранизация была потрясающей), и Вавилонских младенцев . Наверняка, это вещи стоящие.
28 понравилось
