русские и советские писатели
MaksimKoryttsev
- 118 книг

Ваша оценка
Ваша оценка
О, счастье! Кажется, Серафимович мой писатель, который будет со мной и дальше. И я надеюсь получать удовольствие от него в будущем, если только меня не обманывает впечатление от первых трёх прочитанных рассказов. Тяжеленные и трагические? Да, не спорю. Но как же приятно ложится слог и авторская мысль - будто общаешься с подходящим тебе собеседником... Ох, размахнулась - собеседником... Если бы мы имели честь с ними беседовать. Рассказчиком, конечно, от которого не можешь отвести глаз или слух, если бы он был реален. Четыре тома дома, а я в какой-то момент подумывала от них избавиться, напуганная чужими предостережениями. А теперь радуюсь, что они на полке...
Радость у меня, но несчастье в рассказе. Трагедия человека, играющего на работе несколько ролей - и за себя и за того парня, и ещё за целую рабочую бригаду. Бесправный, зависимый от работодателя стрелочник, на которого переводят стрелки все остальные, обязующие его помимо своей основной задачи стрелочника регулировать движение поездов, колоть дрова, убирать навоз из под коровы, выносить помои и выполнять другие хозяйственные работы... Ничего не напоминает? Например, наши времена, когда на работах у частников люди за одну зарплату выполняют роли "человека - оркестра"?
Вспомнился Чехов с его "Спать хочется". Девочка убила младенца, устранив помеху для сна измождённого организма, потому что в мозге уже совсем помутилось от такой рабской жизни. Вот и здесь от каждодневной суеты у этого несчастного Ивана тоже с памятью что-то стало - перевёл он стрелки или сейчас будет столкновение поездов... Страшно, жутко, да? Ему тоже было жутко от этого понимания, а читателю страшно читать финал.
"Страшная мысль прожгла его: он забыл перекинуть рычаг стрелки на главный путь по проходе товарного поезда, на который теперь несся почтовый. Весь страх, все отчаяние ответственности охватили его. Без шапки, с побелевшим лицом, кинулся он бежать туда, где, удаляясь, светился красный фонарь уходившего поезда. Поздно!.. Вот, вот раздастся оглушительный треск, и к небу в белесоватом ночном сумраке подымется над полотном темная громада, неподвижная и зловещая, и нечеловеческие бессмысленные крики наполнят морозную, зимнюю ночь. Чтоб не слышать их, Иван кинулся на боковой путь, по которому в этот момент шел дежурный паровоз. Задыхаясь, добежал он и бросился на ярко освещенные рефлекторами приближавшегося паровоза рельсы. В эти несколько секунд вся его жизнь, точно озаренная отблеском, предстала пред ним, законченная сегодняшним днем: дежурство... платформа... лампы, дрова... корова... печь с синими петухами... русые головенки и... роковая стрелка!.."
Мурашки по коже... Снимаю шляпу перед автором. Больно, плакать охота - господи, как жалко мужика. Взгляните на иллюстрацию - измождённый человек с тревожным взглядом, едва поспевающий за желаниями других, загнанный жизнью... А рассказ - то основан на реальных событиях! Так может, дойдёт до кого? Хотя, те, до кого должно доходить, не читают книг, как правило. Да и, как сказал начальник станции его вдове, оставшейся без кормильца с его восьмерыми детьми:
"— Это вот от меня, понимаешь, это я даю, как частный человек, все равно как если бы кто другой дал; а управление дороги ничего не выдаст: оно не отвечает за такие случаи,— твой муж был убит по собственной неосторожности. Неосторожен был, понимаешь? Железная дорога не отвечает в таких случаях."

Я уже писал, что вернулся к этому забытому писателю совершенно случайно, прочитав отзыв на "Железный поток". Прочитал его с шикарными иллюстрациями Саввы Бродского, а потом увидел в стопке, предназначенной к сожжению эту книгу рассказов и естественно спас ее. Читаю уже третий рассказ. Что сказать? Ну замечательно же. Не хуже Чехова и Короленко. Правда у Чехова больше про всякий мелкопоместный люд, а тут -низ социальной лестницы. Поэтому и рассказы тяжелые, трагические. Причем отметил для себя , что первый рассказ написан в 1889 году, а последний незадолго до смерти в 1943! 54 года творчества. И это при том , что первый рассказ написал в 26 лет. Что ж, посмотрим динамику развития социалистического реализма и есть ли она. Прогресс будет в творчестве или упадок? Даже самому стало интересно.

Ведь и жизнь вся такая: труд, труд, изо дня в день, недели, месяцы, годы, и забудешь и не знаешь, что такое отдых. А вот когда и дождешься наконец отдыха, словно среди глухой степи на станцию поездом приедешь, так заворачивай-ка на третий запасный путь.