Впервые

Алексей Иванов

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,7

3 оценки

5
67%
4
33%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 4Хотят прочитать 12

Рецензии

lucovca31 мая 2023 г.
Космическая симфония комплексных испытаний.
Удивительное было время, - время великих открытий! Впервые - по-другому и не назовешь.
Вся страна, весь мир был увлечен, и в настоящее время я даже не могу и близко чего то похожего припомнить, столь масштабного и желанного.
От лица ведущего конструктора ракетостроения в книге описаны многочисленные и подчас бесконечные процессы идей, проектирования, исследования, строения, испытания, возведения и запуска наших советских первых космических спутников и кораблей.
Читается на одном дыхании. Все то, что за кулисами подвигов покорения космоса.
Инженеры и ученые, отдающие себя работе во имя мечты. О чем думают, что переживают, о чем шутят и смеются, и где злятся и остывают, кому доверяют и кого уважают. Люди, чьи жизни наполнены смыслом.
Здесь много можно почерпнуть имен и немного окунуться в мир и характер великого советского ученого, главного конструктора ракетно-космических систем, Сергея Павловича Королёва.
Читать далее
4
71
blk_gretchen30 декабря 2013 г.
Интересная книга о создании первых спутников, фотографировании обратной стороны Луны, создании "Востоков".
Рабочая атмосфера передана так ярко и она такая счастливая, что даже завидно.
Много интересного о людях, создававших ракеты и космические корабли. Одно только для меня неудобно - автор всех называет по имени и отчеству, а я имена и отчества никак не могу запомнить. Помню только Королева и Чертока, за всеми остальными приходилось постоянно лезть в интернет, чтобы узнать, о ком говорится.
В стиле написания чувствуется влияние Галлая.
Читать далее
2
63
JohnMalcovich16 августа 2020 г.
«— Ну, ведущий, поздравляем! Подпугнули вы нас… — Постой, постой, когда же, как? — Да вот выходите вы, когда еще Юрий Алексеевич на орбите был, а губу так прикусили, аж кровь течет. Ну, думаем, что-нибудь случилось. А потом сказали: «Все нормально, скоро будем сажать!»
«У вас обиходны слова «перегрузка по продольной оси пять единиц», «вибрации от десяти до тысячи периодов в секунду при такой-то амплитуде колебаний», «диапазон температур от минус сорока градусов до плюс пятидесяти градусов» и т. д. Все это пишется на чертежах, в инструкциях и программах, проверяется на вибростендах и в термокамерах. А вообразите, что вместо прибора на центрифуге крутитесь вы сами. Вас трясут на вибростенде, подогревают градусов до пятидесяти — шестидесяти. Представляете, что это такое?»
Сперва дадим слово Феоктистову:
«Как-то перед очередным беспилотным пуском выяснилось, что на корабле образовалось лишних пятнадцать килограммов. Электрические испытания закончены, уже ничего нельзя трогать, как же быть? Все мы ломали голову: что бы такое и как снять? И вот захожу как-то ночью в зал, где стоит готовый корабль, уже прошедший электрические испытания, и вижу: наверху в корабле лазит ведущий конструктор Ивановский, а внизу стоит конструктор бортовых кабелей Ахтям Алимов и громко ему диктует какие-то цифры. Ведущий вдруг сбрасывает сверху… отрезанный пучок кабеля! Меня охватил ужас. «Что, — кричу, — вы там делаете?» Оказывается, «проявили инициативу» — решили снять часть электропроводки, которая после доработок оказалась ненужной. Какая безграмотность! Он же не знает электрической схемы.»
Это про Ивановского так написал в своих мемуарах товарищ Феоктистов. Написал так про человека, который прошел путь от военного (НКВД) до ведущего конструктора в КБ С.П. Королева. Это именно он совместно с Галлаем и Каманиным поставил роспись под кодировкой системы аварийного спуска корабля «Восток» и он же сообщил три заветные цифры кода Юрию Гагарину. Это по его «вине» кандидатами в космонавты не попадали летчики весом более 70 килограммов и ростом выше 175 сантиметров. Так как так был спроектирован корабль.
В 24 года, после войны, он долго мыкался в поисках работы, пока наконец-то его не взяли в один институт, а потом перевели в КБ Королева. Там он становится ведущим конструктором и проходит путь от первого спутника до запуска космического корабля с Ю. Гагариным на борту. Даже не верится, что первые спайки тогда, в 1956 году еще делались на эпоксидной смоле. Пробовали применить ее и на первом спутнике, аббревиатура ПС, то есть «простейший». Вскоре после взлета ПС стало известно, что его орбита, как и рассчитывалось, оказалась эллиптической, с апогеем около 900 километров и перигеем 220 километров. Период обращения вокруг Земли — 1 час 36 минут. Больше всех спутником восторгались американцы, словно поощряя СССР и дальше тратить деньги на эту отрасль. Абзацы переведенных американских газет ходили по рукам. «Мы были бы в самом деле очень глупыми, — подхватывала вашингтонская газета „Ивнинг стар“, — более того, мы проявили бы полную слепоту, если бы не видели в этом русском достижении особенно убедительное подтверждение прошлых сообщений Москвы об успехах Советского Союза в создании межконтинентального снаряда». Победа советских ракетчиков состояла в том, что они не допустили ни одной ошибки при расчетах параметров орбиты первого спутника. Будучи создателем, он не смог попасть в гостиницу, когда поехал в командировку и даже фотографии в газетах не помогли. Когда решили со вторым спутником (на самом деле второго не было, сразу послали спутник под номером 3) послать в космос собаку, то активизировались медики и биологи. Впрочем, это было лишь показухой. Спутник никто не собирался возвращать на Землю. Создавался антураж медицины, готовящейся приготовить к полету в космос человека. Собака Лайка должна была быть принесена в жертву космическим языческим богам. Просто так. Не понятно, почему не обошлись крысой.
Справка: ткани организмов состоят из мельчайших клеток с жидким содержимым (процентов на восемьдесят это вода). В крови содержатся и растворенные газы — азот, кислород, углекислый газ. При снижении давления газы начинают выходить из жидкости (вспомните пузырьки в только что открытой бутылке нарзана) и закупоривать кровеносные сосуды. С уменьшением давления уменьшается и температура кипения жидкостей. На высоте всего лишь 19 километров, где давление атмосферы только 47 миллиметров ртутного столба, жидкости в организме начинают кипеть при температуре около 37 градусов Цельсия, а это, как известно, нормальная температура человеческого тела.
Справка №2 : в то время уже было известно, что из Вселенной к Земле беспрерывно летят космические частицы. Это ядра атомов различных элементов, но преимущественно — водорода. Подлетая к Земле со скоростью, близкой к скорости света, они, тормозясь атмосферой, отдают ей свою энергию и у земли оказываются совершенно безопасными. На высоте же их интенсивность во много раз больше, чем у поверхности Земли. Обладая огромной энергией, они при встрече с тканями живого организма легко разрушают их: каждая такая космическая бомбочка способна поразить более 15 тысяч клеток. Эти частицы способны проникать в глубь организма, возможно, вызывать поражение нервной системы, изменять состав крови, возбуждать рост злокачественных опухолей.
Чтобы сильно не заморачиваться решили обойтись дворняжками. Да и вес собаки не должен был превышать 6–7 килограммов. Собачек крутили на центрифуге. Было установлено, что если испытание не превышает 5 минут, то собаки выносят восьмидесятикратную перегрузку, вес собачонки при этом достигает почти полутонны.
Интересный факт: еще Циолковский применял центрифугу для исследования переносимости ускорений. Он установил, например, что тараканы-прусаки выдерживают перегрузку до 300 единиц, а вот цыплята — только до десяти.
Несмотря на то, что была собака Альбина, которую пару раз запускали в ракете на высоту в сотни километров, выбор был сделан в пользу собаки новичка – Лайки. Кстати, собаки, которым первым довелось совершать полеты на ракетах, не притрагивались к расхваливаемой советскими медиками пище. ««А станет ли уважающая себя собака есть космическую пищу? Есть ли у этой пищи хотя бы элементарный вкус? Отвечает ли она требованиям, ну, хотя бы таким, какие могут быть предъявлены невзыскательной собачьей натурой?»
Вся научная обоснованность медицины закончилась тогда, когда Ивановский решил просто подложить собакам-путешественницам кусочек колбаски. «Помнится, спустя несколько лет, читая как-то один из журналов, я был приятно удивлен тем, что колбаса как компонент космической пищи для животных завоевала себе все права.» Нельзя без слез читать про приготовления Лайки к полету. Очень долго ее готовили, обклеивали датчиками, вживляли электроды и присыпали стрептоцидом. Три дня собака сидела взаперти в капсуле-спутнике. Ей даже не давали воды. Медики сказали, что вода есть в пище! «Хотя медики и говорили, что вода содержится в пище, но про пищу мы кое-что уже знали. Ну что было делать? Сердца дрогнули. Александр Дмитриевич быстро разыскал большой шприц, — наполнил его водой, надел на него тоненькую резиновую трубочку, и мы поднялись к Лайкиной кабине. Увидев сквозь иллюминатор знакомое лицо шефа, Лайка проявила все признаки собачьей радости. В пустую чашку кормушки Александр Дмитриевич через трубочку налил немного воды. Лайка попила и благодарно кивнула нам мокрым носом.»
3 ноября 1957 года состоялся второй шаг в космос. За время своего существования — с 4 октября 1957 года по 4 января 1958 года — первый спутник совершил 1400 оборотов вокруг Земли. Второй спутник за свою жизнь на орбите — с 3 ноября 1957 года по 14 апреля 1958 года — сделал 2370 оборотов. За время работы радиостанций советских спутников они неоднократно проходили через метеорные потоки, но никаких повреждений зарегистрировано не было. Но дальнейшие усилия были потрачены на Луну, то есть почти впустую. Дело не только в потом отложенном полете на Луну, а и в запусках искусственных комет – ракет, которые были оснащены устройством поджигания. Снова все делалось для того, чтобы поразить иностранных «партнеров». «В 3 часа 57 минут новая удивительная комета появилась в небе. До нее было 113 тысяч километров. Она была «открыта» одновременно многими обсерваториями мира. Фотографировать ее удалось в течение 3 минут. Впервые в межпланетном пространстве была космическая ракета, и об этом свидетельствовал ее яркий шлейф. Часа в три ночи 4 января ракета отдалится от Земли на 330 тысяч километров, а часов в шесть утра пролетит рядом с Луной. Еще ни одно человеческое творение не бывало на таких расстояниях. 370 тысяч километров от Земли! Фантастика!» К вечеру расстояние от Земли составило уже 500 тысяч километров, а от Луны — 180 тысяч километров. «597 тысяч километров! Впервые. Впервые люди на Земле принимали радиоволны построенного ими радиопередатчика на таких гигантских расстояниях.»
Интересный факт: все известные спутники планет по диаметру меньше самих планет в 13–40 раз. Луна же по диаметру меньше Земли всего в 4 раза.
ПС весил 83 килограмма, спутник с Лайкой составил для ракеты нагрузку уже в 508 килограммов. Третий спутник и удивил специалистов многих стран прежде всего своим весом — 1327 килограммов. Ракета, пролетевшая мимо Луны, стала первой советской искусственной планетой. Правда, не в каждый телескоп ее можно было увидеть. Зато овладели космической скоростью. Много средств и усилий было потрачено на сбрасывание советского вымпела на Луну. В этом деле помогли артиллеристы. Лишь чудом снаряд со взрывчаткой, подготовленный ими не упал со стола в КБ и не взорвался. Хотя, это было не чудо! «Если при взлете ракеты что-то случится и она попадет в Землю вместо Луны, то вымпел останется целехонек. Взрывчатое вещество сработает только при скорости встречи с поверхностью 3 километра в секунду и больше. А в земных условиях таких скоростей не получишь.»
Все это потом пригодилось при проектировании «Востока». Делали самоориентирующиеся на солнце солнечные батареи. Кстати, Королев добился того, что отменили стандартный цвет военных – темно-зеленый. Ивановский тоже отстоял светлый цвет для космических ракет. « Помню, Леонид Иванович горячо доказывал, что на светлых подставках вся грязь и пыль будет видна.
— Вот и хорошо, что видна будет, — отбивался я, — значит, ее сразу смоют! А иначе как? Собирать на грязи — этого ты хочешь?
В тот день мы больше не разговаривали. Враги. На следующее утро состоялся разговор у Сергея Осиповича, заместителя Главного, руководившего конструкторскими делами.
— Вы правы, братцы мои, я с вами согласен. «Слоновая кость» будет культуру прививать. А что, есть уже такая оснастка? Зайду посмотрю. А технологам в цехе скажите, что я — за!»
Когда в первом аналоге «Востока», запущенном на орбиту, не сработала ТДУ и корабль не затормозился, а, разогнавшись, перешел на новую, более высокую орбиту, то именно Королев приободрил всех и призвал не вешать нос, а продолжать работу. «А он безо всяких признаков огорчения увлеченно рассуждал о том, что это первый опыт маневрирования в космосе, переход с одной орбиты на другую. „Надо овладеть техникой маневрирования, это же имеет большое значение для будущего! А спускаться на Землю когда надо и куда надо наши корабли будут, как миленькие будут! На следующий раз посадим обязательно!“»
И Сергей Павлович таки добился своего, своей мечты. Первый космический корабль с человеком на борту был запущен в космос. Сила Королева прежде всего в том, что он не позволил из Гагарина сделать вторую Лайку. Кстати, медики готовили Гагарина в том же помещении, где они же подготавливали Лайку. Да, Стрелку и Белку удалось вернуть на Землю. Но успеха с полетом человека гарантировать было нельзя. Собаки полетели в августе 1960 года. Меньше чем через год полетел Гагарин. Поиски и доставка капсулы-спутника собачек могли соперничать по напряженности с самим космическим полетом. Ивановскому нужно было доставить первый космический корабль на космодром. Но сперва его нужно было найти в степи. И как-то погрузить, и как-то доставить. А не было ни карт, ни проводников. Но помогло то, что в те времена все люди действительно были готовы помочь друг другу. Страна действительно была единой. Это не наше время. Ивановский однажды предложил Королеву заказать какому-нибудь журналисту, или писателю книгу-отчет о всем коллективе, который трудился над созданием ракет и спутников. Королев сперва поддержал эту идею, а потом отказался. Так как опасался, что будет эффект «Бережкова». «— В общем-то, ты прав. Действительно, наши люди делают великое дело. И это не может быть забыто. Обидно будет, если забудется. Этого не вернешь… Писать надо. Но приглашать на это дело писателя, даже мастера, не буду. Нет-нет, не буду. Он будет обо мне писать. А я не хочу, чтобы получилась «Жизнь Бережкова»… Через несколько минут, простившись с ним, я вышел из машины. Признаться, к стыду своему, я тогда не понял последних слов Сергея Павловича. «Жизни Бережкова» Александра Бека я не читал. Несколько лет спустя в букинистическом магазине мне попалась эта книга. Прочитав ее, я догадался, что имел в виду Сергей Павлович. Автор книги, увлекшись замечательной личностью своего героя, забыл о том, что он работал не в одиночку, и невольно преувеличил его роль.» К сожалению, с Сергеем Павловичем Королевым произошло все в точности наоборот: про него не писали в то время вообще. Да и после его смерти ему не охотно посвящали книги и статьи. Над именем Королева довлел невидимый кодовый замок, код от которого ему никто не сообщил. Аминь!
Читать далее
1
128

Все рецензии

Цитаты

lucovca31 мая 2023 г.
Жить просто нельзя! Жить надо с увлечением!
1
60
JohnMalcovich16 августа 2020 г.
Невесомость, или, точнее, весьма слабое гравитационное поле, дает возможность достичь однородности в материалах при их изготовлении, недостижимой в земных условиях. Это имеет громадное значение для производства различных сплавов и полупроводниковых материалов. Открылась необычная перспектива для металлургов — придавать расплавам, находящимся во взвешенном состоянии, нужную конфигурацию с помощью магнитного поля. В условиях невесомости можно выращивать кристаллы любых размеров с высокой степенью чистоты.
Читать далее
0
48
JohnMalcovich16 августа 2020 г.
Арвид Владимирович и еще несколько добровольных помощников забивают лом в центр неглубокой луночки, оставленной шаром при приземлении. На нем зубилом вырублено: «12.IV.61». Отходя от кабины, случайно замечаю на земле обгоревший болт. Поднимаю его. Сердце застучало. Ведь это болт от замка люка! Очевидно, когда крышку люка несли к кораблю, болт выпал и его никто не заметил. Драгоценнейшая реликвия! Она будет памятью о тех минутах тревоги, которые доставил мне этот люк на стартовой площадке.
0
38