Фарс, или Долой одиночество!

— Конечно, я понимаю, почему вы с матушкой так носитесь с вашей виной. В конце концов, это единственное, что вы, мартышки этакие, раздобыли себе самостоятельно.

А так как Алиса никогда не получала религиозного воспитания и жизнь вела совершенно безгрешную, то она никогда не сетовала на свою судьбу, никого не упрекала в ужасных несчастьях, ей казалось, что все это просто случайные несчастья в общей суете и толчее.
Она была умница.

Пожалуйста, люби меня поменьше, только относись ко мне по-человечески

Вот как все объяснилось: микробы, вызывавшие грипп, оказались марсианами, чье нашествие было остановлено антителами в организмах выживших людей, так что эпидемия гриппа прекратилась.

I love you, Eliza,” I said.
She thought about it. “No,” she said at last, “I don’t like it.”
“Why not?” I said.
“It’s as though you were pointing a gun at my head,” she said. “It’s just a way of getting somebody to say something they probably don’t mean. What else can I say, or anybody say, but, ‘I love you, too’?

— При всем глубочайшем уважении, сэр, — сказал он. — А почему бы вам не трахнуть с лёта катящийся бублик? А почему бы вам не трахнуть с лёта лунуууууууууууу?

В мире полно людей, которые ловко притворяются более умными, чем они есть, — сказала она. — Они втирают нам очки при помощи нахватанных знаний, иностранных слов, цитат и прочего, а на самом-то деле они ничего не знают о жизни, и вообще всем их знаниям грош цена. Моя задача — разоблачить таких субъектов.

Мне думается, что жизнь, в идеале, должна быть похожа на менуэт, или на виргинскую кадриль, или на густец — чтобы этому можно было без труда научиться в школе танцев.

А кто все это будет читать? Бог знает. Я знаю — не Мелоди и не Исидор, это точно. Как вся молодежь на острове, они не умеют ни читать, ни писать.

Так что с самого начала, почти не ведая, что творят, в этом я уверен, они тысячу раз в день молили нас оставаться беспомощными и зловредными.